Теперь рядом с ней спешно вырастали новые теплицы, бурилась новая артезианская скважина с состава «Содружества», и ставились в ряд солнечные панели взамен устаревших и вышедших из строя.

Но больше мэр радовался новым дронам-разведчикам, заряжающимся прямо от вышек связи. Они успешно заменяли дозорных по всему периметру. У людей развязывались руки, чтобы заняться более полезными делами. Работы было столько, что чем заняться вопрос ни для кого не стоял.

Содружество как организация обещала союзникам, что вскоре эти же дроны займутся опылением, а за клумбами будут следить компьютеры, отмеряя положенное количество полива, создавая надлежащую подсветку в темное время суток и даже контролируя температуру в теплицах.

— Всё, как раньше в умных садах, куда умные люди уезжали из умных домов, чтобы отдохнуть с умом, — сетовал Гриша, но обновлениям был рад.

Небоскрёб вынырнул из низких ретикулярных облаков сразу за Амуром. Явление редкое и красивое, свойственное Дальнему Востоку, завораживало. Вроде облака как облака, а как причудлива их форма.

Но не это интересовало наблюдателей, а загадочное черное строение. «Небоскрёб» походил на дракона, задравшего голову с толстой шеей высоко в облака. Тело его расплылось по земле горой, а хвост тянулся до самого горизонта.

«Если бы это была гостиница, в ней можно уместить тысячи людей сразу», — невольно подумал Зиновий. Адмирал был рад, что строение оказалось настоящим, а не очередной галлюцинацией Дементия или наводкой титанов.

Сам же Демон понял, что эта конструкция заметно меньше той первой, которую видел у Бикина. Этот загадочный чёрный незнакомец явно не был небоскребом под самые облака. Скорее, это было внушительное по размерам строение, выше типичных для Хабаровска панельных десятиэтажек и чуть шире длинных спаренных зданий, но даже не выше жилых высоток, что были в городе.

Выделяло его то, что чужак стоял посреди безжизненной пустоши. Несколько закругленная крыша по краям делала его похожим на гриб без шляпки. Ботаник понял, что именно чёрный вид резко выделял «дом» на фоне серости и грязи. И от того он казался больше, чем на самом деле. Благодаря неизвестному материалу он так ярко отражал солнце, и видимо активно собирал свет.

— Похоже на солнечные панели, — заметил адмирал. — Но издали как шкура дракона. Чешуйки блестят, как будто двигаются.

— Кто не знает, бывшая китайская провинция «Хэйлунцзян» переводилась с китайского именно как «река чёрного дракона», — послышалось по динамикам ИМИИ от Григория. — У монголов и нанайцев Амур тоже назывался «Чёрный дракон».

— Почему это? — не поняла Елена.

Она говорила мало. Больше её молчал лишь Семёныч. Он следил за обстановкой, пока капитан отряда слушала разговоры подземников.

Спрашивая, Смирнова пыталась тем самым поднабраться мудрости у этих странных сверстников. Многие слова переспрашивала, уточняла. Правда не сразу, а у Зиновия при случае, чтобы не казаться совсем глупой. И так пропасть в познаниях довлела над ней, чтобы ещё и подземникам докучать.

Другое дело — ночь. Время, когда можно выведать у Зёма побольше, пока никто не видит и не слышит.

Всё, чему она могла их научить в ответ, это метко стрелять. Или рассказать, что видит её новый глаз. Но об этом никто не спрашивал. А перестрелкам ребята предпочитали разговоры. Так что много себе спрашивать просто запрещала. Другое дело, когда сами рассказывают. Стой и случай, впитывай знания.

— Ходила легенда, что когда-то у реки жили два дракона. Злой — белый и чёрный — добрый, — охотно начал пилот. — Белый мучал людей, похищал скот и детей, топил лодки. А чёрный жил себе особнячком, не вмешиваясь в эти дела. Однажды люди, живущие у реки, попросили чёрного дракона сразиться со своим собратом. Он был миролюбивым существом и долго не желал битвы. Но люди молили дракона и приносили щедрые дары. Однажды, заметив очередные бесчинства белого дракона, чёрный не смог отказать

людям в их просьбе о защите и одолел белого. А затем утопил его в реке. А сам стал жить ближе к людям. До последних дней жизни благородного дракона благодарные потоки приносили дары храброму дракону, а реку назвали в честь своего покровителя. Принял свою смерть старый дракон, так же войдя в воды Амура. Река стала продолжением его тела, растянувшись на четыре с половиной тысячи километров от устья Зеи, Буреи, Сунгари и Уссури до дельты у Николаевска-на-Амуре.

Рассказав историю, пилот улыбнулся.

Сколько раз он рассказывал эту легенду молодёжи анклава? Сотни, может быть даже тысячи. Не так уж и много в голове историй, которые хочется слушать в ночи у костров раз за разом.

— Да какой к чёрту чёрный дракон?! — подскочил Тимофей, вглядываясь в стекло рядом с пилотом, пока все в салоне приникли к обзорным иллюминаторам. — Что это за архитектура? В здании нет ни одного стекла! Вам это ничего не напоминает?!

Зиновий в салоне уже и сам приметил эту особенность, до рези в глазах всматриваясь в иллюминатор. Неопознанное строение походило на монолитную башню. Удивляло, что контуры строение словно не были чётко зафиксированы в пространстве. Они вроде расплывались по воздуху, отражая свет солнца.