– Да хрен с ним уже, - говорит Лера.
– Эту рану твою, ее обработать надо.

– Не надо ничего обрабатывать!
– говорит Виталик.

– Нет надо! Там инфекция может быть!

– Сто пудов!
– кивает Катя.
– Нужно перекисью водорода. И твой кулак тоже, Костя.

– Та это вообще царапина. Не парься!

– Нужно продезинфицировать, я тебе говорю!

– Идем ко мне, - строго говорит Лера.
– Обработаем перекисью и йодом, чтоб не было заражения.

Девочки всегда причиняют боль. Особенно если они красивые. Они могут молчать. Они могут улыбаться. Они могут быть вежливыми и приветливыми. Они могут быть равнодушными. Но от этого — еще больней.

Вот я с Сережей…

Что за Сережа, говорит Даня.

Это ее парень, отвечает вместо Кристины, хрустя чипсами, Лера.

У тебя есть парень? Давно встречаетесь?

Три года. С восьмого класса.

В натуре?

Ямочки на щеках. Волосы заплетены в небрежную косу и перекинуты через плечо. Глаза такие, яркие, блестящие, уверенные, трудно в них смотреть.

Она у нас отличница, встревает Лера, на медаль идет.

Че, серьезно, это Ярик.

Все удивляются, когда узнают. Думают, если медалистка, значит заучка какая-то, а мне просто учеба легко дается. Мне даже интересно учиться!

Но когда весь класс с уроков свалил, ты-то ведь тоже с нами пошла?

А что, я одна бы там сидела в классе?

Вот если б она была заучкой, тютей какой-то, говорит Лера, она б с нами тогда не пошла, потому что медалистка и к ней особый спрос, а она — нифига, не побоялась.

А чего мне боятся, если подруги пошли, так и я сними!

Уууу, за это я и люблю тебя, моя бубочка, сложив губы в бутон, Лера потянулась в Кристине, они обнялись и чмокнулись.

Как думаешь, че это у нее за хахаль, спросил Даня, когда они с Яриком спустились — в очередной раз — по склону, зашли за деревья и выпустили по тяжелой шумной струе.

Хуй его знает, ответил Ярик, было бы странно, если бы у такой девчонки не было парня.

Думаешь, у них все по полной программе?

Я ебу. Три года, говорит, встречаются. За три года он ей по-любому вставил. Хотя, кто его знает. На блядь она не похожа. Такую чтобы выебать, еще попыхтеть придется. Цветочки-хуечки, ну ты понял.

Она у нас вообще умница, продолжала расхваливать подругу Лера, когда парни вернулись. Скажи вот, к скольким ты репетиторам ходишь?

Да ладно! Кому это интересно!

Не, подруга, ты скажи!

Ну к трем.

К трем репетиторам, удивился Даня, вот это круто! И что же ты там учишь?

Я на международную экономику собираюсь поступать. Поэтому — математика, английский и французский. Раньше еще на танцы ходила, но уже полгода как не хожу. Времени нет.

Охренеть, еще и танцы, сказал Ярик, а вообще танцы для девчонки это прикольно. Танцевать там. В клубе. Или для парня своего. Ты для него танцуешь?

Танцую иногда, улыбается Кристина, когда на дискотеках бываем.

А стриптиз, спрашивает Даня.

Только если заслужит!

Приходится быть сильной и показывать характер, как Лера. У той норов как у па цана , хоть и обижается если ей такое сказать. Меня Сережа семь месяцев добивался. Это было в девятом классе и первое время он даже прикоснуться ко мне боялся. А потом, когда осмелел, все-равно без грязи и пошлостей. И я была готова, когда это случилось, и поэтому все у нас было хорошо, если не считать того, что и должно быть в таких случаях.

Не могу понять, как Лера так смогла! Буквально затащила в кровать этого раздолбая с дачи, когда пацаны пришли к ней после драки все в синяках и напились. Послушаешь ее и думаешь — с кем она вообще связалась? Но он ей нравился, говорит, с того самого дня, как она его впервые увидела, и они постоянно встречались и бухали вместе и фильмы смотрели и в лес ходили и на речку. Подружились за два-то лета. Когда они напились, один проблевался и отчалил. А второй, Виталик, тоже наклюкался будь здоров, так она его за яйца, залезла в штаны и давай мацать пока член не встал. Легла, раздвинув ноги, но так у него ничего не вышло и он ее развернул по-собачьи. Соседка тоже напилась и спала рядышком пока они чпокались. Лера говорит — кровищи было! Джинсы все в крови, ну и кровать. Скрутила белье и закинула в стиралку. В полчетвертого ночи! Чудо, говорит, что ни мать, ни отчим не проснулись.