– Что ты наделал?! – закричал он, пытаясь помочь своему товарищу.

– Забудь про своего питомца, теперь только ты и я! – выкрикнул я, направляя оружие на игрока в маске зайца.

Заяц, осознав безвыходность ситуации, резко развернулся и бросился бежать. Его хромота замедляла движения, но страх придавал сил. Однако я был быстрее.

С молниеносной скоростью я настиг его, схватив за шею. Заяц захрипел, пытаясь вырваться, но я крепко держал его. Не давая ему шанса на сопротивление, я резким движением опрокинул его на землю. Раздался жуткий хруст. Ноги зайца неестественно выгнулись под неправильными углами. Он закричал от боли, его тело содрогалось в агонии.

– Пожалуйста... не надо... – простонал он сквозь маску.

Я стоял над ним, тяжело дыша. А после схватил вторую ногу зайца и резко вывернул ее. Раздался хруст ломающихся костей, за которым последовал душераздирающий крик.

– Мне нужны твои аугментации! – потребовал я, нависая над поверженным противником.

– Да забирай, только оставь меня в покое, – простонал заяц, дрожащими руками потянувшись к своим брюкам.

Он достал нож и разрезал ткань, обнажив лодыжки. На каждой из них было закреплено небольшое устройство. Заяц осторожно отсоединил их и протянул мне.

– Спасибо! – сказал я, забирая аугментации.

Не давая зайцу времени на ответ, я размахнулся и со всей силы ударил его по голове. Удар был настолько мощным, что череп не выдержал. Голова зайца разлетелась на куски, забрызгав все вокруг. А потом почувствовал, как волна облегчения и удовлетворения накрывает меня. Губы сами собой растянулись в широкой улыбке, а из груди вырвался громкий смех.

– Наконец-то! – воскликнул я, подняв руки к небу. – Ты меня так достал, чертов заяц!

Я начал прыгать вокруг тела, не в силах сдержать радость. Каждый прыжок сопровождался выкриком:

– Получил? Получил? Вот тебе за все погони! За все неприятности!

Затем я остановился, глубоко вдохнул и выдохнул, чувствуя, как напряжение последних дней покидает меня.

– Ох, как же хорошо, – пробормотал я, вытирая выступившие от смеха слезы. – Больше ты меня не побеспокоишь, приятель.

Я присел на корточки рядом с телом, рассматривая добытые аугментации.

– Спасибо за подарочек, – усмехнулся я. – Хоть на что-то ты сгодился.

71

Внезапно я услышал знакомый голос, доносящийся откуда-то сверху:

– Красава, парень! Рад, что ты справился с ними.

– Петр? Ты где? – я завертел головой, пытаясь обнаружить источник звука.

Я озирался по сторонам, но нигде не мог найти говорившего. Вдруг воздух над моей головой словно задрожал, и перед глазами материализовалось нечто невообразимое.

Огромный парящий экзоскелет паука завис надо мной, деактивировав режим маскировки. На самом верху этой конструкции я увидел маленькую головку – это и был Петр. Две механические лапки экзоскелета крепко держали Эвена, который выглядел крайне нелепл в своем положении, но предпочитал молчать.

– Вот это да... – выдохнул я, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

– Впечатляет, правда? – хмыкнул Петр. – Последнее изобретение Эвена. Удобная штука, особенно когда нужно держать кого-то под контролем.

Эвен слабо дернулся в механических лапах, но промолчал.

– Так значит, вы всё это время следили за мной? – спросил я, пытаясь осмыслить ситуацию.

– Конечно, – ответил Петр. – Нужно было убедиться, что ты справишься. И должен сказать, ты меня не разочаровал.

Я замер, ошеломленный этим неожиданным поворотом событий.

Петр разжал механические лапки своего экзоскелета, и Эвен ловко приземлился на землю. Он повернулся ко мне и сказал:

– А теперь, Артем, давай сюда примочки и мы полетели нафиг отсюда!

Не задумываясь, я бросил ему аугментации, которые только что забрал у убитого зайца. Эвен поймал их на лету и начал медленно отходить.

– Ну... Удачной игры... – произнес он, не сводя с меня глаз.

– Эвен, да не с-с-сы ты! Гаси его и погнали отсюда, – раздраженно крикнул Петр сверху.

– Гаси? – удивленно переспросил я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

И тут меня осенило. Я наконец понял, почему Эвен никогда не носил при себе оружия. Его глаза внезапно ярко вспыхнули, излучая интенсивный фиолетовый свет. Ослепительное сияние ударило мне в лицо, и я почувствовал, как мое тело наполняется невыносимой болью.

Ноги подкосились, и я рухнул на спину. Каждый нерв в моем теле кричал от боли. Я пытался двигаться, но не мог пошевелить даже пальцем. Сознание начало уплывать, а перед глазами все еще стоял образ светящихся фиолетовым глаз Эвена. Сквозь пелену боли я услышал голос Петра: