— Неплохо, — кивнул я, оценив вкус того, что пригубил.

— А теперь, молодой глава, прими ещё один совет — оттени вкус вина вкусом губ этой служанки, — разошёлся где-то в небе над нами Седой.

Я замешкался, не торопясь следовать совету. Как-то не так я себе всё это представлял. Не то, как и кем я притворяюсь, а то, как и с кем… Целоваться с ней? Нет, так-то она, похоже, самая симпатичная из трёх. Светлые, пышные волосы, тонкие черты лица, губы… Хм, очень алые.

— Неплохо? — вдруг зло процедила Рейка.

Я моргнул, отвёл взгляд от губ служанки и с интересом глянул в сторону Рейки. Уже нашла к чему придраться? Отлично. Только почему взгляд такой неподдельно злой?

— Неплохо? Что ты называешь неплохо, брат Мар? — едва ли не шипя, спросила Рейка. — Эту тощую задницу, что пытается отдавить тебе ногу? Ты вроде только начал пить, неужели уже ослеп? — Рейка на миг сложила веер, неуловимым движением стегнула им по столу. — Хозяин! Хозяин!

Этот был совсем не крепышом: тощий, выше среднего роста, вбежал, испугано шаря глазами по сторонам.

— Госпожа! Хозяина нет сегодня, но я, старший слуга Этий, готов решить любое ваше желание, госпожа, только скажите о нём.

— Да плевать мне, как тебя зовут, — выпалила Рейка, зло сверкая глазами поверх веера. — Зато ты должен знать, как зовут нас. Мы — Гарой. Едва мы вошли, как потребовали лучшего. Лучшего вина, лучших яств, лучших из служанок, чтобы усладить моего брата. И что я вижу?

Старший слуга Этий снова забегал глазками, испуганно переспросил:

— Что, госпожа?

— Что это за тощие образины? — ткнула пальцем Рейка в ту, что поила меня вином. — Я за ли чую от неё запах дешёвой алхимии и присыпки! Ты что, прислал первую попавшуюся на пути девку?

— Госпожа, мне нет прощения! — буквально взревел старший слуга Этий и принялся кланяться. — Я сейчас же заменю эту девушку.

Жест пальцами, после которого девушку смело с моей ноги, я заметил, пусть и с трудом, иначе снова бы решил, что Воины и Мастера каким-то чудом освоили мыслеречь, которую я даже подслушать не могу.

— Пришли нормальных, — процедила Рейка. — Симпатичных на свою родную мордашку, а не правленых с помощью дешёвой алхимии, не тощих, а главное, чистых, от этих я за ли чую запах предыдущих мужиков.

— Ха! — развеселился в небе Седой. — Что бы она там ни говорила про то, что смирилась со званием сестры, а её ревность чёрная, глубокая, совсем не сестринская, молодой господин, вы уж мне поверьте.

Спасибо, Седой, а то я сам не догадался. Может, оно и к лучшему. После слов Рейки, мне что-то даже в облике Мара Гарой не хочется оттенять вкус вина поцелуем со служанкой. Сколько этих поцелуев у неё сегодня было?

— Может быть, всё же дадите Рейке шанс, молодой господин?

Ну, это уже перебор.

Я чуть прищурился, сосредотачиваясь на образах. Вот Седой парит в небе, вот я появляюсь позади него, выйдя из Рывка, и выбрасываю вперёд Пронзатель, обвитый змеем воды, через миг…

— Намёк понял, молодой глава. Сестра так сестра.

Раздражение немного утихло. Привыкнув к скрытности за столько лет, неприятно, когда твои разговоры сопровождающие слышат, даже если парят в небе в паре сотен шагов от тебя. Властелины, чтоб их дарсы пометили.

Пересмешник снова подал о себе весть, коротко отчитавшись:

— Нашёл. Подлил. Подарок донесли. Подарку оказался не рад.

Я ухмыльнулся. Ве-ли-ко-леп-но.

А Рейка вошла во вкус.

— И это лучшие?!

Через миг она уже была на ногах, с силой махнув веером и сметая со стола всё, что на него успели поставить. Я с интересом глянул в её сторону. Это не голая сила и тем более не техника, это был точный и хорошо отмеренный выплеск духовной силы, что немало говорило об умениях Рейки.

Взгляд старшего слуги перестал бегать, он даже стал немного выше ростом и твёрдо заявил:

— Госпожа, если вас не устраивают наши служанки, то я вызову лучших из самого дорогого Цветочного Павильона.

— Жду, — обронила Рейка и присела обратно. — Оценим уровень вашего ничтожного городишки.

— Но сначала, госпожа, вы оплатите то, что уже получили и то, что сейчас разбили.

Отлично, как с Рейкой-то всё ускорилось. Я поднял голову и спросил:

— Мне верно послышалось, что ты, ничтожный, сейчас заподозрил нас в том, что у нас нет духовных камней?