Феномен темного эмпата – именно это открытие стало спусковым крючком в повышении эффективности обнаружения и ликвидации хищников. Высокочувствительные люди существовали всегда, вот только не каждый из них мог взять свою особенность под контроль и уж тем более использовать в сфере криминалистики. Ген темной эмпатии позволял обычному эмпату считывать любые эмоциональные всплески и состояния других людей, не проживая их и не проецируя на себя, а выступая, скорее, в роли транслятора. Именно такие люди стали привлекаться для работы в Бюро, которое помогало развивать эту особенность для увеличения ее эффективности. Плюсом стало то, что темные эмпаты научились считывать не только эмоциональные, но и энергетические следы людей, предметов и в некоторых случаях самого пространства. Вот только имелся и очень неприятный минус: в случае перенапряжения, либо эмоционального или физического истощения темный эмпат мог потерять контроль и примерить на себя последний считанный им след, образ или отголосок, вписывая его код в свою личность. В такой ситуации он частично или полностью терял над собой контроль и подвергал опасности всех вокруг. Такое случалось редко, потому что Бюро следило за состоянием темных эмпатов, проводя ежеквартальные проверки и предоставляя необходимые условия для отдыха, и в большинстве случаев ограничивалось нападением, истерикой или острым приступом психоза, которые не сопровождались жертвами с летальным исходом. Кроме одного случая.

Именно о нем рассказывали новичкам в качестве приветственных страшилок в каждом Отделе. Но делали это очень осторожно, потому что точных данных об этом происшествии не было ни в одном публичном источнике информации. Это дело лежало в центральном архиве Бюро под грифом «совершенно секретно», и доступ к нему имел очень узкий круг лиц. Каким образом его, пусть и частичное, содержание смогло распространиться среди оперативников, было еще любопытнее. Но суть не в этом. О необычном деле Дека узнала во времена своего обучения, после того, как у высокочувствительного подростка с уже подтвержденным диагнозом клинической депрессии был обнаружен ген темного эмпата. Первое время она просто состояла на учете в местной психиатрической клинике, но по исполнении семнадцати лет была зачислена в школу подготовки темных эмпатов, которая принадлежала Бюро. По сути, это место было небольшим поместьем в окружении леса, где их обучали работе с эмоциями и энергиями. Студентов там всегда было немного, потому что ген темной эмпатии являлся редкостью. Вдобавок к этому проснуться или быть обнаруженным он мог в любом возрасте, так что главным критерием зачисления в школу было достижение совершеннолетия. И добровольное согласие. Именно там, находясь на втором году своего обучения, Дека услышала историю, которая долго не давала ей покоя.

Случилось это за год до того, как она приехала на учебу. В то время Бюро уже полгода охотилось на особо опасного хищника, следы которого оказывали слишком сильное воздействие на темных эмпатов, так что те работали парами. Подробностей девушка так и не узнала, по вполне понятным причинам, но каким-то образом спустя девять месяцев непрерывных поисков преступника все же поймала, а точнее ликвидировала одна из пар. Итак, преступник был уничтожен, а темные эмпаты отправлены на отдых. Дело закрыли и вздохнули с облегчением. Вот только через пару недель убийства возобновились, причем их почерк и след полностью копировали погибшего хищника. Странности добавляло и то, что одна из пар эмпатов перестала выходить на связь, причем, именно та, которая совершила ликвидацию. Не понятно, как и каким образом, но было установлено, что именно они оказались убийцами, полностью скопировав профайл хищника и переняв его личность на себя. Вот только разница в геномах оказалась настолько сильной, что новая личина буквально пожирала их, медленно убивая. В итоге первого эмпата убили почти сразу, а второй скрывался еще пару месяцев, продолжая совершать убийства, после чего был обнаружен полумертвым в каком-то мелком городке. Говорили, что он сам позвонил в Бюро и сдался, но что с ним стало после, не знал никто.

Эта страшилка переходила из уст в уста и с годами обрастала новыми и совершенно не подтвержденными подробностями, но цель свою она выполняла идеально. А именно, держала агентов Отделов на расстоянии от темных эмпатов, даря первым ложное чувство безопасности, а вторым – отсутствие необходимости контактировать с большим количеством людей. Все-таки намного проще выполнять свою работу, не отвлекаясь на эмоциональные связи и проблемы обычных людей. Именно поэтому Дека старалась не привязываться – ей и так хватало их не совсем здоровой связи с Леоном, о которой не знал никто, кроме них двоих.

Так что, помимо профессиональных рисков, над каждым темным эмпатом всегда висела угроза сойти с ума. И Дека была уверена, что каждый из них мечтал о том, чтобы это произошло самым безопасным для других способом. Ведь, в конце концов, в первую очередь они изначально были высокочувствительными людьми, которым пришлось пережить слишком много человеческих эмоций, прежде чем научиться не отождествляться с ними. И даже если многие темные эмпаты отказывались от своей человечности, предпочитая минимизировать количество эмоций и возможных последствий от них, одно оставалось неизменным – внутренний моральный запрет на отнятие невинной жизни. Это было их табу, и сама идея этого презиралась всеми темными эмпатами, потому что являлась сродни каннибализму. Они на стороне человечества, а своих убивать нельзя. Точка.

– А вот отстреливать и резать хищников как свиней можно, нужно и даже поощряется, – задумчиво произнесла Дека, возвращаясь из размышлений.

Она глянула часы и обнаружила, что провела в раздумьях слишком долго, а это не входило в ее планы – до отправления оставалось сорок минут. Решив пока не лезть в служебный компьютер, она подхватилась и стремительно покинула кабинет, направляясь к человеку, который мог просветить ее о том, что она пропустила за время отпуска, и сделать это лаконично и быстро.

Нужный ей кабинет находился дальше по коридору, и меньше чем через минуту Дека уже стучала по деревянной двери с табличкой, на которой были выведены инициалы главного аналитика. Разрешающий войти крик раздался сразу же, так что она повернула ручку и вошла в кабинет, который почти в точности копировал ее, но при этом резко бросался в глаза следами бурной жизнедеятельности занятого человека. Чашки со следами помады, одиноко стоявшие на стопках бумаг, косметика и книги, разбросанные по стеллажу, куски одежды, торчащие из приоткрытого шкафа – все это кричало об упорядоченном хаосе, разобраться в котором могла только его создательница.

– Привет, Иса, – вежливо поздоровалась Дека, подходя к широкому столу, заваленному множеством документов, среди которых восседала на своем велюровом стуле-кресле строгая шатенка.

– И тебе не хворать, – тут же отозвалась женщина, не отрываясь от бумаг. – Не мнись, сядь куда-нибудь, чай не чужие.

Иса всегда была прямолинейной, но при этом очень простой в общении женщиной, которая знала себе цену и всегда напоминала об этом другим. Именно этим она импонировала вечно зажатой Деке, которая восхищалась такими качествами в людях.