– Встречаемся перед комнатами отдыха через полчаса. Если не увижу тебя через это время, жду еще десять минут, а затем врываюсь в душевую. Голышом мы друг друга уже видели, так что это не должно стать проблемой.

– Только если ты тоже будешь голышом, – недовольно поморщилась Дека от нахлынувших воспоминаний.

– Франкфордские флэшбеки? – понимающе хмыкнул Леон. – В таком случае не задерживайся. Не будем бередить старые раны. Наши глаза нам еще понадобятся.

– Боже, все было не настолько плохо, – закатила глаза девушка, не удержавшись от улыбки.

– По твоему лицу этого не скажешь, – насмешливо бросил на ходу агент, скрываясь за дверью в мужские душевые.

Дека лишь недовольно цокнула, но тут же спохватилась и вошла в просторную комнату, отделанную стандартной серой плиткой. Оставив одежду в шкафчике раздевалки, она практически вбежала в помещение с душевыми. Слова Леона сделали свое дело: она была максимально сосредоточена, так что сразу же приступила к делу. Взяв с полки гиппоаллергенный гель без запаха и одноразовую мочалку, девушка включила теплую воду и встала под душ. Горячие температуры она использовала только дома, потому что они позволяли расслабиться. Сейчас же она постоянно делала воду чуть прохладнее, чтобы оставаться в фокусе, который, она была уверена, сохранится даже после короткого сна. Обдавшись напоследок почти ледяной водой, Дека быстро растерла покрывшееся мурашками тело и вернулась в раздевалку. Там она переоделась в чистую одежду, которая была полной копией предыдущей и представляла собой набор юного гота: все, начиная от белья и заканчивая носками, было глубокого черного цвета – на работе она использовала только его. Он помогал ей при взаимодействии с хищниками, особенно когда нужно было максимально скрыть свое присутствие, а также впитывал в себя другие энергетические воздействия, закрепляя их в волокнах ткани и нейтрализуя до вступления в контакт с кожей. Правда, после таких приключений одежда обычно не подлежала восстановлению, так как содержала в себе слишком много чужой информации, поэтому приходилось ее сжигать. В некоторых случаях, конечно, можно было использовать соль, но ее эффекта обычно хватало максимум на еще одну носку. Да и постоянно закупаться пачками хлорида натрия, от которого приходилось избавляться после каждого использования, было не совсем удобно, так что Дека все чаще останавливалась на надежном огне.

Выбросив использованную мочалку в мусорный бак, содержимое которого позже отправится на переработку, Дека вернула гель на место, аккуратно сложила полотенце в корзину для стирки белья, и только после этого проверила время. Удовлетворенно отметив, что управилась за двадцать минут, Дека покинула душевые, прихватив с собой пальто и хлопковый мешок со старой одеждой.

Леон уже ждал ее у комнат отдыха, привалившись к стене, и почему-то вызывал раздражение. Дека мысленно скривилась: похоже, четырех часов сна было недостаточно для полного восстановления.

Гладко выбритый, с влажными после душа волосами, которые спадали на лоб темными волнами, агент выглядел посвежевшим и скинувшим пару лет. Теплый свитер он сменил на плотную синюю рубашку, под которой виднелась темная водолазка, чье высокое горло надежно защищало шею. В их работе этой области тела всегда уделялось повышенное значение ввиду особой любви хищников к артериям и трахеям, так что все старались прикрывать эту уязвимую зону любыми способами. В этом смысле холодная погода всегда играла им на руку, позволяя носить дополнительную броню в виде плотной одежды.

– Ты же сменил трусы? – угрюмо проворчала Дека, чтобы хоть как-то выпустить заполнившее горло раздражение.

– Могу показать, – насмешливо хмыкнул мужчина, мгновенно подавляя ее эмоциональную вспышку.

Та резко заткнулась и растворилась, оставляя после себя еле ощутимый пресный осадок. Что ж, Дека сама начала эту заранее проигранную битву, а потому легко приняла поражение.

– Верю на слово. Идем спать. Сколько у нас времени? – первой направилась она в коридор, в котором располагались комнаты для сна.

– Около четырех часов. Все, как ты любишь, – поравнявшись с ней, как ни в чем не бывало, ответил мужчина.

– Отлично. Какую комнату займем?

– Как обычно, самую дальнюю, – подойдя к нужной двери, Леон указал кивком на электронный замок. – Дамы вперед.

– Проверяешь, с собой ли у меня пропуск? – подняла бровь Дека, доставая карточку из внутреннего кармана пальто.

– Именно, – не стал увиливать мужчина, наблюдая за тем, как она поднесла пластик к считывателю. – Профессиональная деформация и все такое. Ты же в курсе.

Огонек в самом углу металлической коробки загорелся зеленым, после чего раздался щелчок открываемого замка. Дека вошла в комнату первой и сразу же направилась к одной из кроватей, попутно бросив пальто на ближайший стул.

– Да уж, все мы тут профессиональные калеки.

Сняв ботинки, она легла на мягкий матрац и прикрыла глаза, мгновенно проваливаясь в сон. Кажется, Леон сказал что-то еще, но Дека уже ничего не слышала.

Проснулась девушка от звука будильника, который голосил на всю комнату воем раздражающей сирены. Сбоку раздалось шуршание и недовольный стон, а затем вновь наступила тишина.

– Ты так и не сменил эту сигнализацию? – сонно прохрипела Дека, приоткрыв один глаз.

– Зачем, если она отлично работает? – пожал плечами Леон, садясь на кровати.

Только сейчас Дека заметила, что спал он в одной водолазке, предварительно оставив рубашку на спинке соседнего стула. Не понятно, почему, но эта маленькая деталь подняла ей настроение, заставляя улыбнуться.

– Что такое? – тут же отозвался Леон, глядя на нее с легким прищуром.

– Просто радуюсь, что ты снял рубашку перед сном, – от абсурдности своих слов, Дека тихо рассмеялась, прикрывая глаза ладонью.