– Сэм, вот скажи, сколько жителей нашего королевства могут потенциально обладать магией, и сколько из них не могут овладеть своим даром банально из-за недостатка средств на обучение? – устало спросил я.

– Ваше Высочество, вы безусловно правы в этом вопросе, но я повторюсь: у королевства просто нет таких средств.

– Сейчас нет, – с хитрой ухмылкой ответил ему я, указывая рукой на карту.

Сэм посмотрел на меня с непонимающим взглядом.

– Пиратский город на острове Крэт, Мертвые земли и замок безумного архимага, уж там-то точно должны быть сокровища, – спокойным голосом озвучил я ему свои мысли.

Быстро поняв, к чему я клоню, Сэм ужаснулся и посмотрел на меня как на пациента психбольницы. Его можно было понять: с нашими средствами это было нам не по зубам. Однако рано или поздно нам все равно придется разбираться с ними. Пираты все чаще подходят к нашим берегам, а в Мертвых землях все больше и больше нежити. В одном только замке архимага тишь да гладь, но все равно на него постоянно приходят жалобы от людей. Кто знает, что он может выкинуть.

Неожиданно раздался громкий и тяжелый стук в дверь, на пороге появился хмурый Грем.

– Ваше Высочество, срочное донесение разведки: на границе появилась армия гномов. Их лидер скоро будет здесь для разговора с вами.

Сказать, что эти новости меня сильно удивили и так же сильно испугали, это ничего не сказать. Гномы, известные ремесленники и прекрасные воины. У меня не было ни единой догадки о причине их появления на моих границах.

С тяжелым сердцем, опасаясь худшего, я закончил разговор с Сэмом и отправился готовиться к встрече с незваным гостем. Через несколько дней я сидел в том же кабинете, в котором проводил свое первое собрание. А ведь в детстве я всегда думал, что цари, короли, императоры и так далее проводят свои встречи только в тронном зале, а оказывается, все иначе.

Я тяжело вздохнул и кивнул стражам у двери. Через мгновение в проеме показался молодой гном. Он был одет в простой железный, но в то же время прекрасный доспех, его взгляд был острым и проницательным. Встав передо мной, он горестно вздохнул и внезапно упал на колено.

– Я Балин, из рода Кали, прошу взять весь мой клан в служение королевству Рассвета и относиться к нам как к его подданным со всей справедливостью и уважением. Взамен наши воины готовы драться за него и за вас до последнего вздоха. Также мы готовы помочь снять печать с восточных шахт, – быстро на одном дыхании проговорил он.

У всех, кто в данный момент был в комнате, просто отвисла челюсть от такого поворота событий. Мы ожидали всего, начиная с угроз и заканчивая объявлением войны. Но к такому нас жизнь точно не готовила.

Не веря своим ушам, я попросил его повторить эти слова, и, когда все мы полностью удостоверились в реальности происходящего, Балин начал рассказывать о причине данной просьбы.

Если говорить кратко, то их род был изгнан из гномьей общины из-за нарушения чистоты крови. На Аксуре, где процветает расовая дискриминация, это является довольно серьезным преступлением. С тех пор они скитались уже более тридцати лет и нигде не могли найти приюта, никто не хотел портить отношения с гномским королевством из-за такого пустяка. Да если бы кто и согласился принять их, то только рабами, а на Зерон они не решились плыть из-за плохих отношений между материками.

Ситуация осложнилась еще и тем, что перед смертью глава рода, по совместительству отец Балина, выбрал на свое место его, а не старшего сына Фрора. Как это всегда и бывает, Фрор решил, что это несправедливо, поэтому он решил исправить эту несправедливость с помощью своего меча. В результате их род разделился на два лагеря: те, кто пошел за Балином, и те, кто пошел за Фрором.

За Балином пошло в основном мирное население, которого было ни много ни мало, а целых шестьдесят тысяч, ну и в придачу около семи тысяч воинов с двумя десятками гномьих баллист.

Ну а за Фрором пошли в большей степени военные силы, которых, если быть точным, насчитывалось тридцать тысяч, а с ними более двухсот гномьих баллист. Поддержки мирного населения Фрор толком не имел, лишь десять тысяч гномов смотрели на него положительно, в основном это были семьи солдат.

И вот в тот самый момент, когда напряжение между ними было уже на пределе, Балин нашел в архивах упоминания о восточных шахтах, захваченных троглодитами и запечатанных гномьей печатью. И тогда он посчитал, что это может быть их единственным шансом на счастливую жизнь.

Внимательно выслушав его, я начал обдумывать всю эту ситуацию. Гномов, конечно, жалко, но в их истории было слишком много пробелов. Как они выживали все эти годы? Почему их еще никто не захватил в рабство или, на худой конец, не перебил? На Аксуре такое обыденность. Я всем своим нутром чувствовал, что здесь что-то не так. Но отказываться от их предложения тоже не хотелось, жаба бы меня за это не простила.

Чтобы не совершить никакой ошибки, я начал расспрашивать Балина о его жизни на Аксуре. Как оказалось, при изгнании их выгоняют из их родных поселений, но не с территории королевства. Кто-то может спросить, да какое же это изгнание, если они спокойно находятся у себя на родине? Но тут не все так просто, несмотря на, казалось бы, глупость такого решения, тут все же была своя логика.