Кто его знает, что у него на уме?

– Ну, чего тебе?
– раздался густой бас из-под стойки.

– Хозяин!
– ревел, словно не слыша ответа, разъяренный поведением непослушного куска мяса, мужик.

– Здеся я, не слышишь, что ли?
– недовольно отозвался всё тот же голос.

– А я желаю тебя видеть!
– бушевал обиженный мясом.

За стойкой послышался тяжёлый вздох, шорох, что-то придвигали, кто-то куда-то залезал, наконец, над стойкой показалась большая голова с чёрной бородой, из ее зарослей сверкнули два глаза, и борода прогудела:

– Ну, вот он я. Почто шумишь, Обжора? Что тебе не так?

– Во!
– мужик сунул в нос невозмутимому хозяину кусок мяса.
– Не откусывается, холера его возьми!

– Врёшь!
– проревел хозяин, стукнув кулаком по стойке.
– Как есть врешь! Нет такого мяса, чтобы его русский мужик загрызть не сумел!

– Слышь, Обжора, он тебя татарином обозвал!
– сразу оживившись, радостно сообщил из своего угла рыжий.
– Быстренько сооруди драку! Дай ему по бороде!

– А ты, Буян, молчи!
– прикрикнул на него хозяин.
– Иначе больше не налью. А если и налью, то не больше. И почему это я его татарином назвал? Что ты такое городишь? Не называл я Обжору татарином.

– Ты же сказал, что раз он мясо загрызть не может, значит, он не русский, а раз не русский, значит, татарин.

– Если ты такой умный, пойди вон на улицу, - разозлился на него хозяин.
– И вообще, не стану я тебе больше наливать, ты и так дурковатый.

– Да я чего?
– стушевался от такой угрозы рыжий Буян.
– Я же знал, что всё равно не подерётесь, забоится тебя Обжора. Обжора, он всех боится.

– Это я боюсь?!
– встал с чурбана Обжора.
– Это кого это я боюсь?!

– Как это так кого?
– фыркнул в кружку Буян.
– Известно кого: Черномора этого самого, который тебя незагрызаемым мясом кормит, и который меня поить не хочет!

– Я?!
– ревел Обжора.
– Боюсь?! Вот этого?!

Он перегнулся через стойку, и выудил оттуда Черномора, который был действительно удивительно похож на Пушкинский персонаж.

Карлик с огромной чёрной бородой, правда, всего лишь до пояса, но всё же. Совершенно лысый, как бильярдный шар, но широкоплечий, с невероятно могучим торсом и на очень коротеньких ножках. Черномор висел над полом в вытянутой руке у Обжоры, но нисколько не был испуган. Он с высоты крикнул грозно:

– А ну, поставь сейчас же! Или как дам! Или не дам ничего.

Странное дело, но Обжора послушно поставил его на стойку. Черномор наклонился над его миской и взял в руку злополучный кусок мяса.

– Этот, что ли, кусок не откусывается?

– Этот, - угрюмо кивнул Обжора.

– Эх ты, а еще Обжорой зовёшься!
– презрительно скривился Черномор. Такой мягкий кусок укусить не можешь!

– Ты сам вот смоги!
– разозлился Обжора.

– Запросто!

– Ну так давай, кусай!

– Ты за это мясо денежку платишь!
– подмигнул Черномор.

– Плачу!
– грохнул по стойке кулаком Обжора, входя в азарт.

Черномор проворно запрокинул голову, раззявил неожиданно громадную пасть и уронил туда сверху кусок мяса. Он дернул кадыком и облизнулся. К нему подскочил Буян и приложил ухо к круглому животу хозяина.

– Достигло!
– торжественно сообщил он притихшим посетителям.

– Что достигло?
– переспросил растерянный, не верящий глазам своим, Обжора.

– Мясо достигло, - сообщил ему Буян.
– Дна желудка достигло. Я сам, своими ушами слышал, как оно на дно шмякнулось.

– Как это так - на дно?!
– возмутился Обжора, только теперь осознав невозвратимость потери.
– А я что буду есть?! Это же моё мясо! Мы так не договаривались!

– А как мы договаривались?
– хитро спросил Черномор.

– Укусить.

– А я что сделал?
– широко улыбнулся Черномор.

– Эх ты, дурья твоя башка, - с сожалением сказал Обжоре Буян.
– Ты что, позабыл, что у Черномора зубов нет? Ему витязь Руслан, ёлки, палицей все зубы выставил. И было из-за кого! Видал я потом эту Людмилу. Худушшая! Одни глаза да коса. Было из-за кого шум на весь мир поднимать!

– Чего бы ты понимал в Людмилах!
– обиделся Черномор.
– И вообще всё совсем не так было. И никакой я не колдун. Это мне борода волшебная по наследству досталась, это она что-то колдовать могла, да и то, пока длинная была. А Руслан был мерзкий старикашка. Он украл Людмилу у родителей, наобещал ей, дурёхе, горы золотые, заманил, а сам гол, как сокол. Он сам на её богатства рассчитывал. Только Людмила, оказалось, сама была беднее церковной мыши. Руслан хотел за неё выкуп получить от родителей, а как узнал про бедность ихнюю, совсем пригорюнился. Стал заставлять Людмилу обеды готовить, а та и того не умеет. Так Руслан её отправил коней пасти.