Разумеется, о такой перепланировке не подозревали ни хозяин здания, ни власти города. «Агентство Элен» уже пять лет занимает эти этажи. Аренду оплачивает в срок, всегда любезно соглашается с повышением арендной платы. Идеальный арендатор, но мы отошли от главного…

Всех сотрудников инструктировали о тайных входах после года работы, считалось, что этого времени достаточно, чтобы специалист разобрался в деятельности фирмы и начал предлагать свои идеи.

В отделе Элен было два сотрудника, которые сегодня отработали ровно год. Да, они были наняты в один день. Обе – молодые красивые девушки, что-то в них было не так, но никто на собеседовании не смог этого понять. Элен решила обеих забрать к себе. Прошёл год, начальница так и не смогла понять, что же в них было не так, но работали эти красотки, как пчёлки. Лишнего не спрашивали – по глазам было видно, что всё понимают. Говорят только тогда, когда их спросят. Эдакие солдатки. Сдержанные. Никакого кокетства, никаких улыбок и никаких разговоров. Как будто они понимают друг друга на ментальном уровне и все мелочные вопросы о кофе, чае, сломанной ручке, отсутствии ножниц и прочем решают силой мысли.

Каждая знает, когда зайти в кабинет и что с собой принести. Сначала это было странно, но потом Элен поняла, что девочки отличаются сверхнаблюдательностью и таким образом заботятся друг о друге в рабочем коллективе. Так им комфортно работать. Они обе поняли правило: «Успех одной – успех компании. Успех компании – твой личный успех». Проще говоря, неважно, кто принесёт успех в компанию – всех обязательно похвалят.

Элен очень нравилось, что в коллективе была здоровая атмосфера, никто не пытался никого подставить или выделиться. Если работникам в одной должности запретить говорить о работе, а их проекты засекретить от их коллег, то никому и дела не будет до лицемерия и обмана.

Вскоре вслед за Элен в кабинет вошла Кэс – одна из её солдаток:

– Ваш чай. Облепиха и мёд.

– С лимоном?

– Разумеется, – с улыбкой ответила Кэс.

Элен села за рабочий стол и начала набирать текст на компьютере, одновременно продолжая разговор.

– Кэс, узнай у администратора, где можно взять отвёртку или другой инструмент, и сними наши таблички у входа и на первом этаже. В здании не должно остаться наших следов.

– Съезжаем?

– Нет.

– Договоры расторгнуть?

– Да. – Элен распечатала документ, подписала, поставила печать и протянула Кэс. – Вот доверенность, откажись от аренды всей рекламы в здании. После я жду вас обеих в своём кабинете.

– Поняла, – уже в дверях ответила сотрудница.

– Кэс, – окликнула Элен.

Девушка обернулась.

– Поздравляю с первым годом, – ласково произнесла Элен.

– Спасибо, – с улыбкой проговорила Кэс.

Как только дверь захлопнулась, Элен распечатала пачку листов, скрепила зажимом для бумаг, взяла кружку с чаем и отправилась в кабинет Бена.

У Бена был большой офис с перегородками, и находился он напротив кабинета Элен. Так же, как и у Элен, в кабинете Бена был скрытый от глаз запасной выход.

Рабочее место Барри находилось в глубине офиса, Элен, подойдя к столу Бена, через селектор позвала к себе Барри.

Да, она собиралась вручить ему эту кипу бумаг. Это была практика матёрых судов и бла-бла-бла, которую она несла для Барри, чтобы он ознакомился и был в курсе самых последних новостей в мире юриспруденции.

«Но как же так?! Она же не может поручать задания не своему сотруднику?!» – воскликните вы.

Да, вы правы, не может, но дело в том, что его руководитель, Бен, уже две недели находился в психиатрической больнице. Перед тем как лечь в психиатрическую больницу (он по собственной воле туда пошёл, но это другая история), Бен проинформировал Элен про сайт, где лучше всего собирать все выставленные на нём документы, без разбора скачивать и отправлять на печать – и всю эту кипу периодически отдавать Барри. Она любила свою работу и любила узнавать и учиться новому, поэтому всё, что давала Барри, она и сама прочитывала.

Возможно, целесообразнее было бы уволить Барри и нанять нового сотрудника после возвращения Бена, но, учитывая деятельность агентства, основатели посчитали, что лучше оставить хоть какого-нибудь юриста в штате при себе.

Барри же работал в «Агентстве Элен» около четырёх месяцев и большую часть времени бездельничал, но вовремя и исправно присутствовал на работе. Для него Бен был в отпуске в санатории. Солдатки знали, что это чушь, но свои подозрения держали при себе и смуту не наводили.

– Держи, это тебе от меня, хорошего прочтения. Бен скоро вернётся, так что будешь загружен по полной, – протараторила Элен, не дав вставить Барри и слова.

– Хорошо, – с ноткой грусти ответил Барри, взяв бумаги.

Элен перед выходом добавила:

– Бен сказал, что будет экзамен по этой практике.

На самом деле Бен ничего такого не говорил, но Элен решила, что так Барри действительно прочитает материал и меньше будет бездельничать. Настроение сотрудника и вовсе упало, ведь он ей поверил.