– Аарон, мы не можем помочь всем девушкам этого города, – парень стоит к нему спиной и рад, что брат не видит ярость, исказившую его лицо. Аарону одиннадцать лет, его подруге столько же, но только то, что она девушка, у которой нет защиты, может превратить этого ребенка в живой товар на рынке. Кристиан, который должен бы уже давно привыкнуть к такому исходу для большинства женщин Кальдрона, каждый раз злится по новой, и злость эта большей частью на свою беспомощность.

– Но это не просто девочка, она мой друг! – подбегает к нему Аарон. – Обещаю, я никогда не буду у тебя ничего просить, пожалуйста, пусть у Джиджи будет метка.

– Мне нужно поговорить с Хьюго, а потом с сестрой твоей Джиджи, а ты поужинай и дуй спать, – отбрасывает в сторону салфетку парень и чуть не валится с ног из-за прыгнувшего на него счастливого мальчугана.

Кристиан готов ради Аарона на всё, но это не главная причина, почему он, наплевав на все условия, отправился к Хьюго просить за чужую девчонку. Кристиан никогда никого не спасал, и это первый раз, когда у него есть шанс помочь хоть одной девочке. Отец любил говорить, что всем всё равно не помочь, можно и не начинать. Крис старается думать, что помощь одному человеку уже большое дело. Ему приходится соврать Хьюго, что Джиджи член семьи, пусть и будущий. Хьюго, как ни странно, даёт согласие сразу. Он не хочет терять хорошего работника, в котором видит огромный потенциал, и делает ему одолжение. Кристиан встречается с Аминой в их доме, Джиджи из своей комнатки так и не выходит. Джиджи получает метку утром следующего дня и, вернувшись на занятия, долго благодарит Аарона.

***

Кристиан возвращается домой за полночь и в удивлении смотрит на лежащую на диване Чинаэ, в обнимку с которой спит Аарон. Парень осторожно, чтобы не разбудить их, проходит на кухню и, выпив воды, ищет плед, чтобы накрыть спящих. Когда Кристиан возвращается в гостиную, то Аарон сонно потягивается и, присев на диване, смотрит на брата.

– Мама пришла вечером, – встаёт на ноги мальчик, – сказала, что останется, и уснула. Я проголодался, – босоногим шлепает на кухню Аарон, а Крис, нахмурившись, смотрит на спящую женщину.

Стоит мальчику выйти из комнаты, Кристиан садится на его место и, приблизившись к лицу мамы, ещё больше хмурится. Он проверяет пульс женщины и убеждается в своих подозрениях. Чинаэ мертва. Та, кто при жизни не появлялась дома, умереть решила среди семьи. Кристиан, подавив чуть не вырвавшийся наружу от осознания всхлип, прикрывает лицо руками и не реагирует на вернувшегося брата.

– Что-то случилось? – испуганно спрашивает мальчик.

– Мама умерла, – тихо говорит парень и тянется за мобильным, чтобы позвонить Лэй.

Истощенное наркотиками и алкоголем сердце женщины не выдержало. Чинаэ хоронят пасмурным утром на городском кладбище в паре метров от погибшего мужа. Кристиан накрывает ее могилу цветами и не сдерживает данное ей слово. Он беззвучно плачет у могилы в окружении друзей, а Лэй забирает Аарона к себе на пару дней.

– Я думал, что ненавижу ее, – говорит сидящим вокруг прямо на мокрой от росы траве у могилы друзьям Кристиан. – Я и не люблю ее. Но я так хотел, чтобы она нормально пожила, хотел столького добиться, положить ее на лечение, показать, что можно по-другому.

– Тебе больно? – осторожно спрашивает его Мо.

– Нет, мне обидно. И страшно, – раздражённо чешет лицо, пытаясь прогнать слёзы, парень. – Обидно, что всё могло бы быть по-другому, а страшно, что вдруг и мы так закончим, вдруг, я в один день проснусь, понимая тщетность своей борьбы, и сдамся, найду отраду в алкоголе или порошке, и так и умру тихо на диване в дыре, которую называю домом.

– Всё ведь от нас самих зависит, – обнимает его за плечи Маркус.

– Я не думаю, что она выбирала эту жизнь, это она ее выбрала, – с треснутой улыбкой смотрит на покрытый разноцветными цветами бугорок Кристиан.

– Мы будем сильными ради тех, кто остался. Пока хоть один из нас и из наших семей ходит по этой земле, нам есть, ради кого бороться. Мы не сдадимся, – пытается приободрить его Матео.

– Я устал быть добрым и всем помогать, устал, потому что взамен получаю одно зло, – поднимается на ноги Кристиан. – Позавчера я помог чужой мне девчонке, которую вряд ли когда-то увижу, а сегодня я хороню родного, которого я не спас. Где справедливость? Почему такие мрази, как Хьюго, которые лишают родителей их детей, живут припеваючи, а я, кто готов последний кусок хлеба отдать проходимцу, вечно получаю по лицу?

– Крис… – сильно сжимает его предплечье Маркус.

– Может, так и надо жить? Может, и нам надо быть такими, как Хьюго? – пристально смотрит в глаза друга.

Парни молча опускают глаза, уставившись на свежую землю, накрывшую собой усопшую. Каждая новая смерть, любой инцидент, событие – оставляют глубокий опечаток не только в мыслях, но и меняют характер, подтачивают, заставляют заново задуматься о приоритетах и определяют будущее. Не меняется только одно: они вместе смеялись вчера вечером, сегодня вместе плачут, и пока это неизменно – у них есть шанс.