Все шло отлично. Софи добралась до зала, не встретив ни патруль, ни преподов. Попала внутрь — допуск не отменили, уже удача. Активировала машину, надела шлем. Сегодня она здесь не ради гонок. В голове насмешливым предупреждением звучал голос четверокурсника: «Молчу, что ангар не смогла бы покинуть, не снеся стойку».

А если он прав? Она всегда летала ради развлечения, не обращая внимания на такие мелочи, как взлет с палубы. Глупо будет после всех приготовлений опозориться и даже не покинуть станцию.

Софи загрузила учебную программу «Крылья» по отработке взлета.

Выдохнула. Вытерла вспотевшие ладони о штаны.

Черт. Если она сейчас так нервничает, что будет завтра?

Может, пока не поздно, пойти и покаяться? Признаться? Да, отчисление неприятно, но это ерунда по сравнению с тем, что ей грозит за угон военного истребителя.

А как же брат? Если это последний шанс его спасти? Пусть и такой странный, но, похоже, единственный, потому что остальные уже внесли его в список мертвецов.

Софи прикусила губу, поправила шлем и положила ладони на штурвал, запуская прогрев двигателя. Она должна отработать проклятый взлет, чтобы завтра не совершить ни единой помарки, не то что ошибки!

С пятого раза Софи прошла идеально. Система, замигав восторженными фейерверками, поставила высший балл.

Еще пару раз для закрепления, — решила девушка, удовлетворенно вздохнув, — и пора.

Она как раз успеет добраться к себе до отбоя. Надо будет лечь пораньше, ибо завтра ее ждут поистине великие дела. Рыжий будет в восторге: заучка оказалась угонщицей и свалила, наконец, из академии, правда, несколько странным способом.

Жаль, мама расстроится. И папа. Но они поймут. Жизнь брата дороже. Да и истребитель она берет на время. Потом обязательно вернет.

И тут ей на плечо легла чья-то рука.

Софи подбросило в кресле, она рванула шлем с головы, скатилась через бок, влетела во что-то мягкое, отозвавшееся стоном от слишком резкого соприкосновения с ее локтем, оттолкнулась от пола сумасшедшим прыжком и попыталась удрать. И ушла бы — чемпионом улицы по догонялкам была в детстве, но гостей оказалось несколько, и они заранее перекрыли путь отхода.

— Стоять! — завопила темная фигура, ловким захватом выкручивая ей руку назад и стальными тисками зажимая девичье запястье. Софи дернулась — достать ногой, отмахнуться, но парень выкрутил сильнее, шагнул ближе, прижимаясь бедром и блокируя возможность удара. Еще и за шею прихватил для надежности. Девушка взвыла, изогнулась от боли, из глаз брызнули слезы.

— Свет! — скомандовал кто-то, лампы под потолком ярко вспыхнули. Рядом чертыхнулись и поправили: — Яркость в два раза меньше. Да, отпусти ты ее, Мих, руку сломаешь или придушишь.

— Да? — засомневался неизвестный, чей силуэт Софи видела размытым из-за слез. — Даром, что девчонка, а быстрая вон какая. Ник после ее удара до сих пор разогнуться не может.

— Порядок со мной, просто от неожиданности пропустил, — просипели с другой стороны, и хватка все же ослабла. Софи дернула руку на себя — парень разжал пальцы. Отпустил ее, шагнул в сторону, не отводя настороженного взгляда. Девушка, болезненно морщась, прижала ладонь к груди, растирая запястье.

— Я даже не удивлен, — спокойно, словно и не было этой короткой стычки в полумраке, проговорил Алекс, смотря на ту, которая слишком часто в последнее время оказывалась у него на пути. Черные короткие волосы сейчас были встрепаны, челка вызывающе торчала в разные стороны. На шее — не оттертое пятно от смазки. Губы искусаны. Кожа бледная. Нос мелкий и курносый. Сама, как говорится, от горшка два вершка. А глаза… Огромные, с пушистыми ресницами и таким взглядом, что он хотел бы, да не мог выкинуть его из головы.

— И что ты тут делала? — спросил, уже зная ответ.

— Развлекалась!

Девчонка приняла оборонительную позу, мотнула головой, стряхивая челку на глаза, ладошки сжала в кулаки, но в окружении трех рослых четверокурсников это выглядело скорее забавно, чем устрашающе.

— Тренируя взлет? — Ник уже сунул нос в симулятор, проверил историю и теперь недоверчиво хмурил брови.

— Я инженерный решила бросить и поступать на летный в гражданскую, — мелкая их ничуть не испугалась и сейчас метала гневные взгляды от одного к другого, явно выжидая случая слинять.

— А к нам почему не пошла? — удивился Мишка. — Ты же классно летаешь. Круче любого первокурсника.

Отвечать девчонка не хотела.

— Потому, — буркнула, отворачивая в сторону взгляд.

— Тебя пытать, что ли? — тут же завелся Мишка. — Говори, какое ты имеешь отношение к Фениксу?

— Что? — удивленно заморгала мелочь. Глаза сделались несчастными, заблестели, и Алекс почувствовал, что девчонка едва удерживается от слез. Выругался про себя — вот только слезопада им здесь не хватало.