— И где мне теперь его искать?!

Когда Леон не вернулся к ночи в лагерь, все люди графа были подняты на уши и направлены на поиски сына. Но ночью никто, естественно, ничего и никого не нашёл, и поиски пришлось отложить до утра.

Утром вся Серта была обследована вдоль, поперёк и по окружности, но опять же безрезультатно, и поиски перенесли за город.

В одном граф не сомневался: Леон, этот скрытный любитель приключений и острых ощущений, никогда бы не пошёл обратно. А значит, надо его искать где-то по дороге в Марингерд, куда они и направлялись.

«Ах ты ж сволочь! — всё не мог успокоиться граф в первую ночь после пропажи сына. — Ты думал, я не знал о твоих похождениях и городских забавах и поэтому не наказывал тебя за них?! Я тебе прощал эти шалости, так как они мне не мешали! А сейчас ты переступил все границы! Только попадись мне на глаза! На цепь посажу и глазом не моргну!»

Граф был в бешенстве, что из-за побега сына его экспедиция оказывалась под угрозой. Он в неё вложил слишком много сил и средств, чтобы всё сорвалось из-за детских забав.

Где-то в глубине его разъяренной души тихо попискивала одна маленькая мысль: «Если бы ты сыну рассказал о целях своей экспедиции, он быть с ещё большим нетерпением, чем ты, ждал бы прибытия в пункт назначения. И не то чтобы ни никуда не убегал, а ещё бы не отходил бы от тебя ни на шаг и всех сам подгонял. Ведь он уже взрослый, он твой наследник, а ты учёл всё, кроме этого…»

Но граф упорно не замечал этот «писк» и продолжал мысленно костерить Леона на чём свет стоит.

Но это было тогда. А сейчас он даже успел немного испугаться за сына, увидев обрушившуюся дорогу.

— Да мне никаких людей не хватит, чтобы обыскать этот лес! — продолжал орать он. — И что прикажете делать?!

Граф в гневе отвернулся от оползня и ткнул указательным пальцем в грудь своего советника:

— Кантер! Что предложишь?!

— Предлагаю, — невозмутимым голосом начал Кантер, — отправить двух следопытов лес и одного оставить возле оползня. Ещё двух человек я бы отправил дальше по дороге — до Вальдерны. Один должен запросить помощь для починки дороги. Другой — продолжить поиски Леона.

От спокойного и рассудительного голоса Кантера граф немного успокоился и даже с неохотой принял свою же мысль о том, что им придётся ждать не из-за Леона, а из-за оползня.

— Выполняй, — уже почти спокойно сказал граф и пошел обратно по дороге в сторону Серты.

Кантер тут же направился следом за ним, а граф, не оборачиваясь, приказал, чтобы он сегодня же нанял в Серте людей для починки дороги с их стороны.

Дорога была восстановлена через три дня.

Когда граф Мэйнер довёл караван до Вальдерны, то к своему облегчению понял, что сын жив, а к своему негодованию — что он сбежал опять.

«Вот гад! — ещё больше свирепел граф от этой новости. — Да я весь Марингерд переверну вверх ногами, но тебя найду! И все ноги переломаю к чёртовой матери, чтобы ты точно от меня не отходил до конца экспедиции!»

В Вальдерне караван задержался всего на одну ночь и ранним утром отправился в Марингерд.

Часть 2

Глава 17. Гость

Два дня назад

— И долго мы в этой халупе будем сидеть? — спросил Эрик.

— Чую, надо посидеть, — ответил я.

— Чует он?! Пошли уже! — Эрик не сдавался.

Но когда дело касалось моей чуйки, я был непреклонен:

— Хочешь — иди, а я останусь. Кир, ты как?

— Я бы предпочёл держаться с Марком, — невозмутимо ответил Кир. — Хорошо бинтует…

— От жеж. Ладно! — согласился Эрик. — Ждём несколько часов, а потом идём плот строить. Возражения не принимаю! Корабль уйдёт!

— Уговорил, — ответил я.

Киран кивнул.

Не то чтобы мне лень было строить плот, но почему-то мне внутренний голос говорил, что это бессмысленно, а бессмысленные занятия я всегда старался обходить десятой дорогой.

Еды у нас оставалось всего на один день, и в принципе, Эрик был прав, что не стоит терять время — надо как можно скорее пересечь озеро.

Как оказалось, Кир эти места немного знал и говорил, что на той стороне озера должна быть хорошо хоженая тропа до самой дороги, а там до ближайшего поселения рукой подать.

Эрик вышел за дверь. Кир устроился поудобнее на лавке, закинув на неё больную ногу. В охотничьем домике стало тихо, и я задумался.

С новыми людьми путешествовать обычно интересно, но не в этот раз. И не потому, что Кир оказался обузой или занудой, нет — он вёл себя достойно всю дорогу: шёл уверенно, ни на что не жаловался, говорил мало и по делу. Просто именно сейчас мне очень многое хотелось обсудить с Эриком без посторонних.