С этими словами Лили скрылась за углом дома и увела за собой связанных коз, а Марена осталась у крыльца разглядывать вывеску.

Под неброской резной надписью «Северный Клевер» был изображён кустик клевера в окружении других полевых цветов и трав. Вывеска была простой, деревянной, но было видно, что она сделана с душой и со знанием дела — чувствовалась рука мастера.

Лили вынырнула из-за угла и взбежала по ступенькам на крыльцо, взмахом руки приглашая Марену проследовать за ней.

За дверью оказался небольшой уютный зал. Вдоль стен, с двух сторон от входа тянулись высокие стеллажи со всевозможными баночками-скляночками, мешочками, бочоночками, веточками…

У окна стоял круглый столик с двумя стульями — видимо, для тех посетителей, кому приходилось ожидать выполнения заказа.

У стены напротив входа стоял стол для приёма заказов, а за ним виднелся дверной проём, завешенный шторой.

Во всём помещение никого не было.

Лили подошла к столу и позвонила в колокольчик.

Вскоре из-за занавески вышла пожилая женщина невысокого роста и, увидев Лили, расплылась в улыбке:

— Здравствуй, моё солнышко! Я так по тебе соскучилась! — женщина обошла прилавок и обняла Лили.

— Меня же всего неделю не было, — Лили обняла женщину в ответ и чмокнула её в щёчку.

— Это для тебя «всего»! — укоризненно сказала женщина. — Среди полей, лесов, солнца и ветров, а для меня здесь, в четырёх стенах, это целая вечность.

Тут женщина увидела Марену и спохватилась:

— Ой, извините нас за семейные нежности. Добро пожаловать в нашу скромную знахарскую лавку. Чем могу вам помочь?

— Бабушка, это Марена, — вместо Марены ответила Лили. — Она со мной.

Во взгляде женщины промелькнуло легкая подозрительность, но улыбка осталось такой же доброжелательной.

— Доброе утро, — поздоровалась Марена.

— Она тоже травница, вот я и решила вас познакомить. А ещё… — Лили немного замялась, но быстро продолжила. — Я бы хотела, чтобы она с нами немного пожила.

После этой фразы лицо бабушки сделалось абсолютно серьёзным, но смотрела она не на Марену, а на Лили.

— Мы чужих в дом никогда не приглашали, — строго сказала бабушка. — Ты хорошо подумала?

— Да, — серьёзно ответила Лили.

— Берёшь за неё ответственность на себя? — не сдавалась бабушка.

— Да, — не отступалась Лили.

— Она тебе угрожала? — с тревогой в голосе спросила бабушка.

— Нет, — твёрдо и без запинки ответила Лили.

Бабушка ещё долго смотрела на Лили, но та была непоколебимо уверена. Бабушке пришлось уступить.

— Ладно, твоя взяла, — бабушка улыбнулась и обернулась к Марене. — Пройдёмте на кухню, завтрак как раз на подходе. Не серчайте за холодный приём, просто я за внучку беспокоюсь, ветреная она у меня.

— Благодарю за гостеприимство, — улыбнулась Марена. — А можно узнать, как вас зовут?

— Камила. Но зовите меня тётушкой, так будет менее подозрительно для соседей.

— Приятно познакомится. Я Марена, — она немного склонила голову в поклоне.

Бабушка слегка удивилась такому жесту, но в ответ лишь сказала:

— Взаимно.

Завтрак прошёл в напряжённой тишине. Бабушка не хотела расспрашивать внучку при посторонних. Лили была слишком голодна, чтобы о чём-то беседовать, и не отрывалась от еды, а Марена просто не знала, о чём можно заговорить.

После завтрака Лили повела Марену на второй этаж. Гостевых комнат в доме не было, и девушкам предстояла разделить на двоих комнату Лили.

Её комната была достаточно просторной, как для одного человека. Но для того, чтобы разместить двоих, пришлось немного сдвинуть мебель. Кровать перенесли к стене. Невысокий комод переместился под окно и приставили торцом к кровати. А на его месте постелили овечьи шкуры в несколько слоёв и сверху бросили толстый вязаный плед — кровать для Марены была готова.

— Извини, я не знала, что тебе придётся делить со мной комнату, — виновато сказала Марена.

Неприятное ощущение того, что она садится к кому-то на голову, не давало Марене покоя, и она решила сразу всё прояснить. Прямолинейно и без намёков — как умела.

— Одно дело поселить чужачку где-нибудь в хлеву или на чердаке, — продолжала Марена. — А другое — разделить с ней своё уютное гнёздышко. Почему ты мне так доверяешь?

— Не знаю, — вздохнула Лили и села на свою на кровать. — Мне с вами не страшно. Не знаю почему. Если вы меня и предадите, то будет мне урок. Но я знаю, что не предадите.