– Надо быстрее расходиться по своим домам. – сказал Никифоров Сергей. – Иначе нас постреляют.

Нам надо было спешить с уходом. Так как в это время к бару подъехала грузовая машина. Взломщики и водитель стали грузить из бара ворованное имущество.

Погрузка у них двигалась очень медленно. Словно бандиты грузили своё имущество и спешить им было некуда. Водитель машины сильно нервничал.

Видимо ему поставили условия, когда он ехал сюда грабить общественное добро. Ходит возле машины туда-сюда. Постоянно смотрит на свои часы словно уточняет время, отведённое ему на грабёж.

– Саид! Ахмад нас пристрелит за такую работу. – сказал водитель, взломщику с чёрной бородой. – Надо быстрее. У нас есть много работы в городе. Должны к вечеру всё сделать и успеть добраться к своей базе.

– Вон, сколько работников, – автоматом показал Саид в нашу сторону. – Они сейчас быстро погрузят наш товар, если жить хотят. Иначе их всех здесь у бара расстреляю! Ну, быстро, все в бар и там живо грузить!

Трое грабителей в тот же миг направили на нас своё оружие и передёрнули затворы своих автоматов.

– Если через десять минут бар не будет пуст, – крикнул на нас Саид, – Вас всех убью, как собак! Быстро!

– Мы не сможем через одну дверь быстро таскать ваш товар. – возразил, Саиду. – Нас тут слишком много.

Саид поднял автомат и выстрелил по витринным стёклам бара, которые были намного больше входных дверей. Стекла рассыпались по всей площадке. Выстрел автомата по университету гулко отозвался эхом.

– Теперь места всем хватит. – зло, усмехнулся Саид. – Быстро! Быстро таскайте добро из бара в машину!

У нас не было выбора. Надо освобождать быстрее бар, чтобы всем выжить в этот день. Мы стали хватать все, что попадало нам под руки и таскать в машину, которая подъехала ближе к разбитой витрины бара.

Возможно, что стрельба из автомата была слышна на самом верхнем этаже этого огромного здания университета? Ещё мы не успели вытащить все вещи из этого бара, как прибежал к бару завхоз университета.

– Грабители! – скрипучим голосом, завопил старик, на нас. – Вас всех сейчас под суд отдам! Милиция!!!

Саид, почти не целясь, выстрелил в старика. Тот, как бежал в нашу сторону, так и упал с размаху, скошенный автоматной очередью. Мы, все, оцепенели в ужасе.

Девчонки закричали и истерически затряслись от страха. На одно мгновение, наша погрузка ворованного в баре имущества прекратилась. Мы все в шоке.

– Работать! – заорал Саид и выстрелил поверх наших голов. – Шакалы! Сейчас всех перестреляю! Всех!

Одна пуля рикошетом зацепила Касымову Зухру за левое бедро. Девушка схватилась за раненое место рукой и медленно села возле стены у колонны, подпирающей свод здания университета у бара.

Мы быстрее ускорили погрузку всего ворованного. Грузили все сразу, что могло попасть нам под руки, тащили в машину. Когда последняя вещь была брошена в кузов, и машина уехала, мы сразу кинулись на помощь к старику и к Касымовой Зухре.

Старик был мёртв. Грудь старика вся была изрешечена пулями автомата. Зухра в состоянии шока, что-то бормотала на таджикском языке. Аванесова Рита намочила свой носовой платок духами из сумочки, стала платком протирать виски и лоб раненой девушке.

Но это ей не помогало. Гиясов Морис слегка пошлёпал Зухру по щекам своими ладонями. Касымова пришла в себя и стала растерянно озираться по сторонам, словно искала того, кого только что сейчас потеряла.

– Фашисты! – сказала Зухра, со слезами на глазах. – Лишь немцы в концлагерях так поступали.

Касымова Зухра стала плакать, продолжая держать рукой раненое место. Её прекрасное лицо вздрагивало от боли и слез. В двух шагах от нас медленно растекалась лужа крови от старика убитого бандитами.

– Извини, Зухра, – неуверенно, сказал Гиясов Морис. – Нам надо осмотреть твою рану и здесь помочь тебе.

Касымова Зухра осторожно приподняла с левой стороны окровавленное платье, и мы увидели на её бедре, чуть ниже трусиков, рванную рану небольшой глубины и длиной около десяти сантиметров.

Кровь слегка просачивалась из рваной раны. Зрелище это было для нас весьма неприятное. Нужно делать перевязку.

– Это пустяк, до свадьбы заживёт. – успокаивающе, пошутил Сергей. – Дуля прошла мимо. Она лишь слегка зацепила прелестное место. Сейчас мы это место перевяжем и все будет окей. Зухра, ты потерпи. В Афганистане у нас было ещё похуже, однако многие наши солдаты там выжили. Ты тоже будешь жить долго.

Никифоров Сергей сорвал с себя белую рубашку. Ловко разодрал её на длинные полосы. Один кусок ткани смочил духами, которые дали девушки, приложил мокрую ткань к раненому месту у бедра.