Кадеты сглотнули и хором извинились. Пройти через семь кнутов — одно из древнейших церковных наказаний. Изначально его применяли только для тех, кто хотел отпустить себе грех, так как каждый удар должен был забивать твои грехи обратно в тело. Но сейчас никто не видел в этой практике спасения, убрав из нее обязательное присутствие священника и предварительную церемонию. Провинившихся просто хлестали кнутом семь раз, после чего отправляли отлеживаться в грязи, где многие впоследствии и умирали.

Проворчав что-то под нос, крестоносец вдруг посмотрел в сторону Слеима. Даже их группа, стоявшая на достаточном удалении от города, услышала грохот, с которым открылись ворота. В проеме сразу же показался темный силуэт, который не помог разглядеть даже свет от факелов.

— Они идут. Всем приготовиться!

— Есть!

Оставив кадетов за спиной, крестоносец вышел вперед, чтобы быстрее разглядеть, кого же к ним отправят. Однако его ожидания были быстро растоптаны. Среди кадетов тут же началось перешептывание.

— Эй, разве это не обычный скелет?..

— Да не… может, это маска? Или же…

— Если это скелет, то они нас серьезно недооценивают.

В этом мире, если идешь на переговоры, то нужно заранее вселить страх во врага — показать, что с твоей страной нельзя тягаться. В случае группы от Теократии это было излишне, так как за их спиной и так стояла огромная армия, но они все равно пришли в составе пяти человек. А сейчас им на встречу шел, хоть и в красивой одежде, но один обычный скелет.

Но что-то с ним было не так. Не только крестоносец, но и кадеты обратили внимание на то, что скелет слишком быстро приблизился к ним. Сейчас он находился в пяти метрах от группы, хотя двигался все также неспешно, а они ни на секунду не отводили от него глаз.

Впав в небольшой ступор, будто находясь под действием магии, крестоносец все же смог совладать с собой и отдал одному из кадетов приказ.

— Гарс! Зачитывай!

— А… Е-есть!

Выбежав вперед, Гарс встал прямо перед скелетом, после чего тот перевел на него свой незаинтересованный взгляд. Оказалось, что вблизи его одежда выглядит еще более роскошно, а в глазницах все это время горел небольшой огонек.

Скелет ничего не говорил, а лишь терпеливо дожидался действий кадета. Сглотнув, Гарс развернул небольшой пергамент и приготовился зачитать текст.

— Это… Ау Суст Теократион! Да дайден цекове ау застерн, хо-га интер тау…

— Можете не утруждаться, я знаю язык вашей страны.

— А?

Гарс ненадолго застыл. Удивило ли его то, что скелет говорил, не открывая рта, или же его ошеломило, что он говорил на преихском, но его реакцию разделяли все кадеты. Кроме крестоносца.

— Ну тогда для тебя не составит труда понять, что я хочу донести, — крестоносец выставил вперед свой меч. — Верните нам Слеим, освободите жителей и сдайтесь на милость Богине. И, возможно, погибнут только некоторые из вас.

Изначальный текст был более официальным, но в целом мужчине удалось передать намерения Суста. Впрочем, скелета, кажется, это несильно впечатлило.

— Хм, интересное предложение, — сделав вид, что задумался, скелет сложил руки вместе. — Тогда я готов обсудить условия капитуляции.

И вновь на лицах кадетов появилось удивление. Вряд ли кто-то ожидал, что нежить сдастся так легко.

— Она должна быть безоговорочной, — но крестоносец, похоже, считал, что это в порядке вещей.

— Я не возражаю. Для нашей ситуации это наиболее подходящее решение.

Пока между скелетом и крестоносцем шел разговор, кадет по имени Гарс задумался.

«Это странно… Он странный. Как-то все легко. Мы столько готовились, потеряли многих людей, чтобы довести армию до Слеима, а в итоге все закончится без сражения?»

Хотя он был оруженосцем, и эта миссия была самой масштабной в его жизни, но Гарс был уверен, что капитуляция без боя невозможна. Нет, он понимал, что если враг будет значительно сильнее, то и такое может произойти, но их армия была самой стандартной. Если же говорить в рамках Преиха, то ее даже можно назвать маленькой. Располагая ресурсами Суста, можно было отправить гораздо больше, но командование посчитало, что этих сил должно хватить.

«Что ж, они бы удивились, насколько точны оказались их ожидания.»

А скелет все еще не сделал ничего подозрительного. Он лишь продолжал соглашаться с условиями крестоносца, чем заставил последнего усмехнуться.

— Ха. Признаться, я поражен твоим здравым смыслом. Хотя ты всего лишь нежить, но я уважаю твою отвагу. Не каждый сможет сделать правильный выбор, когда конечным итогом все равно будет смерть. К сожалению, такая судьба ждет любое адское отродье, решившее бросить вызов детям Богини. Уж извини.