Это мой народ, прошипел Монсута из Великой Тьмы. И они пришли за тобой. Какая радость ждет. Какое наслаждение. Скоро ты снова окажешься в моих объятиях. Тогда ты почувствуешь мою любовь.

Джакс знал, что на этот раз это была не ложь, не уловка, не насмешка. Демоны были из Эгрила, пришли, чтобы убить их всех. Монсута мог быть у него в голове, но красные демоны были реальны, и от них никуда не деться.

Был полдень, но они все еще стояли на месте. Им не предложили ни воды, ни еды, и у Джакса закружилась голова, язык прилип к небу. Другим было хуже, они либо умерли от ран, либо были вынуждены часами смотреть на тела своих детей.

Когда пришло время, демоны выстроились по обе стороны от заключенных и, используя свои копья, погнали их вперед. Они двинулись на север, через то, что осталось от Киесуна, по воспоминаниям о некогда шумных кварталах, сопровождаемые звуками слез заключенных.

Даже последствия вторжения не были такими ужасными, как то, чему Джакс стал свидетелем сейчас. После демонов мало что осталось. Тут и там торчали одинокие стены, но остальной город они сровняли с землей. Они проходили мимо множества тел, джиане были убиты бомбой или клинком — пир для чаек и ворон. Джакс не мог не думать, что им повезло.

Люди спотыкались и падали, но демоны помогали только концами своих копий. Джиане либо вставали и продолжали путь, либо их убивали копьями.

Много раз ноги Джакса подкашивались, и он падал на землю. С каждым разом росло искушение просто остаться лежать и приветствовать конец, но какая-то неведомая его часть заставляла вставать, заставляла идти дальше.

Хороший человек. Не сдавайся, пока нет, насмехался Монсута. У тебя все еще есть силы пострадать еще немного, прежде чем Великая Тьма придет и заберет тебя.

— Я тебя не боюсь, — ответил Джакс, но он боялся. Он действительно боялся. Он не мог вынести мысли о новых пытках. Смерть была бы намного легче. Тогда почему же он не падает? Почему не позволяет им избавить его от страданий? Не то чтобы он собирался убежать.

И все же он продолжал идти, спотыкаясь. Дайджаку летели над головой, кружа над городом, как стервятники, пикируя к трупу города. Были и другие демоны, сотни, они двигались по улицам, ища кого-нибудь, кто еще жив и свободен.

Когда они миновали разрушенные городские ворота, Джакс увидел вражескую армию, расположившуюся лагерем сразу за чертой города. Флаги Эгрила развевались на ветру, с глазом Кейджа, отмеченным на красной ткани, и еще больше демонов их ожидало.

Джиан провели через заграждения и траншеи в самое сердце лагеря. Черепа вышли им навстречу, выглядя такими же неуместными, как и джиане в этом аду, и Джакс должен был признать, что почувствовал облегчение от того, что его отдали на их попечение. Это были мужчины в доспехах, мужчины, которых он знал и понимал.

— Стойте здесь. Стойте здесь, — крикнул один из них на джиане. Копья загнали их на чистый участок земли, где пленники остановились.

— Держите их здесь, — сказал демон Черепу на эгриле. — Мы снова переместим их с наступлением темноты.

— Мы забираем их обратно в Анджон? — спросил Череп.

— Нет. Они для Кейджестана. Для Кровавого Озера.

— Что происходит? — спросил мужчина позади Джакса. — Что они собираются с нами сделать? Кто-нибудь понимает, что они говорят?

Джакс понимал:

— Мы мертвые.

62

Зорика

Айсаир

Векс жил на маленькой ферме в нескольких милях от виллы Зорики. Около двадцати минут бега, но всего две минуты полета. Она увидела Векса во дворе, рубящего дрова, и сразу почувствовала, что ее гнев начал утихать. По крайней мере, в ее жизни был кто-то, кто ухаживал за ней без какого-либо плана.

У Зорики возникло искушение слететь вниз и его напугать. Он не знал о ее способностях — еще одно из многочисленных правил Анамы — и было так заманчиво его удивить. Но в этот день уже было раскрыто слишком много секретов, и Векс мог не так хорошо воспринять правду. Она не могла позволить себе потерять единственного друга, который у нее был.

Зорика приземлилась в роще в сотне ярдов от задних ворот фермы и, переведя дыхание, наблюдала за работой Векса. Родители давали ему бесконечный список дел по дому на каждый день, но он никогда не уклонялся от них и не жаловался, как это обычно делала Зорика. Это сделало его большим и сильным, не оставив и следа от мальчика, который раньше бегал за ней — не то чтобы Зорика возражала бы против того, чтобы за ней снова гнались. Возможно, она даже позволит ему поймать себя, в следующий раз. Это, вероятно, шокировало бы его больше, чем то, как она летает или выполняет какие-либо другие свои маленькие трюки.

Она усмехнулась этой мысли, открыла скрипучие ворота фермы и пошла к своему другу.

Векс обернулся, широко улыбаясь:

— Я так и думал, что это ты.

— Это я, — ответила она.

Векс положил топор и взял маленькую тряпочку, чтобы вытереть пот с лица:

— Что тебя так обрадовало этим утром?

— Наша встреча.

— Приятно это слышать.

— Ты сейчас чем-нибудь занимаешься?

Векс кивнул на груду расколотых бревен.

— По-моему, ты с ними закончил, — сказала она.