– Он отвечает за разжигание конфликтов в мире людей. – Я открыл уже рот, чтобы задать ему следующий вопрос, но он резко оборвал меня. – Пока это все, что я могу сказать тебе.

После драки с Деймосом его отношение ко мне поменялось, он стал как будто мягче и терпимее, что я не мог не заметить.

Наконец мы подошли к двери, ведущей в рабочий кабинет Думскролла. Младший демон остановился в нескольких шагах от двери.

– Я буду ждать тебя здесь. – Он немного склонил голову вперед, как бы демонстрируя солидарность с мной.

Лорд Думскролл стол посреди своего кабинета, рассматривая древнее изображение на стене. Он был одет в длинный плащ цвета венозной крови, по которому, словно тысячи червей, расползались лавовые прожилки. Его голову венчал массивный шлем из черного блестящего металла, увенчанный двумя парами рогов.

– Какая статистика по выпущенным нами статьям за последние две недели? – Его низкий утробный голос разнесся по кабинету и настиг меня со всех сторон.

Я оказался совершенно не готов к этому вопросу, поскольку мыслей о статистике у меня даже не было. Справедливости ради тут стоит сказать, что о возможности собирать статистику в такого рода заведениях мне никто не сообщал. С этой секунды мой мозг начал работать с утроенной силой. Именно сейчас я понял, в насколько невыгодном положении нахожусь и что последствия в виде нескончаемой чистки котлов для грешников более чем реальны в данный момент. Тем не менее, я принял для себя решение не вставать на колено склонив голову, а слегка ее наклонить вперед, как бы рассматривая пол перед собой.

– Лорд Думскролл, – лучшая защита – это нападение, промелькнуло в моем мозгу, – Фобос и Деймос с завтрашнего дня переезжают в мой кабинет, и мы начинаем задействовать новые инструменты, которые начнут приносить результаты уже через две недели. Статистика к сегодняшнему дню может лишь ввести вас в заблуждение, поэтому, с вашего позволения, позвольте мне представить вам отчет именно через две недели. Я уверяю вас, вы увидите ощутимый положительный эффект от моего нового…

Не успел я договорить последнее слово, как Думскролл, молниеносно разорвал пространство между нами и, схватив за горло, поднял высоко над головой как общипанную курицу. Я услышал хруст собственных позвонков и начал задыхаться, вцепившись в его латную перчатку, чтобы хоть немного уменьшить вес, приходившийся на шею.

– Нет, я скажу тебе, что сейчас происходит со статистикой наших статей. – Передо мной адским пламенем светились два глаза из которых фонтанировал, как из жерла вулкана черный дым. – За последние три недели. Количество прочтений и положительный отзывов упало на тридцать процентов. – С этими словами он швырнул меня в сторону, словно я был тряпичной куклой.

Пролетев несколько метров, я приземлился на плечо, а затем мой затылок встретился с каменным полом. Перед глазами мир приобрел оттенки красного и черного. Удивительно, что после такого удара я мало того, что остался в сознании, так и понимание окружающего мира возвращалось ко мне с необычайной быстротой.

– Ты думаешь, что это всего лишь обычная работа и после твоего провала здесь, спокойно встанешь на биржу труда, а уже через пару недель будешь пудрить мозги в другом издательстве? – Я лежал, прислонившись виском к каменному полу, ощущая, как струйка теплой солоноватой крови вытекала из моего рта. Тем временем ко мне неумолимо, словно рок, приближались закованные в черную броню сапоги.

Он наклонился, схватил меня за воротник и поднял словно котенка.

– Меня не волнует, как ты будешь выкручиваться из этой ситуации, но через три недели, если ситуация не изменится, ты поймешь, что на самом деле значит «пожалеть, что родился». – Думскролл открыл дверь и бросил мое тело к ногам Фобоса.

Эта ночь длилась, как мне казалось, целую вечность. Мне снилась какая-то мешанина из кошмаров, сочетающая и мои будни в преисподней и жизнь в мире людей. Тяжелые травмы, которые я получил в ходе моего последнего диалога с Думскроллом спровоцировали жар, поэтому мои сновидения ко всему прочему носили психоделический характер. Иногда я просыпался, пил воду и ложился спать обратно, не зная, что за окном – день или ночь. Мои поврежденные ткани срастались с нечеловеческой скоростью и во всем теле я ощущал целую палитру новых физических ощущений.

Я открыл глаза. Судя по трафарету окна на потолке от уличного фонаря, за окном была глубокая ночь. Сейчас мой ум был чист и ясен, пожалуй, в первый раз с момента как я попал на аудиенцию к Думскроллу. Часы показали три часа ночи, понедельник. В беспамятстве я пролежал в кровати больше пяти дней, но удивительно было то, как быстро восстановился мой организм и срослись сломанные кости. Пока я поглощал свой завтрак, мой изголодавшийся по информации мозг по кусочкам восстанавливал события пятидневной давности, приплетая в этой мозаике бессвязный поток сновидений, который мой мозг с остервенением создавал часами напролет. Осознание сложившейся ситуации, словно погружение в зыбучие пески, накрывало меня постепенно. Я наконец понял, что текущая для меня ситуация – это настоящая катастрофа. Если до поступившего в мой адрес предложения от Думскролла к раю и аду я относился совершенно индифферентно, то я сейчас я абсолютно отчетливо понимал перспективу бесконечных мучений за плохо выполненную работу.

Время 3:27. Меня начинает бить такая дрожь, что я не могу попасть ложкой с кукурузными хлопьями в рот. Я начинаю ходить по квартире взад и вперед, прокручивая в голове каждый день своей работы в преисподней, шаг за шагом анализируя каждое свое действие и действия своих подчиненных.

Время 3:58. Передо мной уже лежат два листа бумаги, исписанные планами, схемами и интеллектуальными картами. Мой только пробудившийся ото сна мозг с остервенением загнанного в угол дикого зверя работает на пределе своих возможностей. Я чувствую, что мне нужна глюкоза и еда, чтобы восполнить потери энергии.