С зарплатой ведущего программиста-разработчика «Байрон-Хофстедер» Мэдли мог без ущерба для кошелька арендовать квартиру площадью семьсот пятьдесят футов в Верхнем Ист Сайде. Но крохотная студия в Гринвич-Виллидж импонировала ему больше. Она дополняла его, с ней он чувствовал глубокую эмоциональную связь, которую вряд ли сможет почувствовать, владея элитным жильём в одном из самых престижных районов Нью-Йорка.

Тонкая линия света на полу квартиры-студии Мэдли расширилась, очертив его силуэт. Он прошёл внутрь, закрыл за собой входную дверь, повернул щеколду замка и стянул промокшие полуботинки. Резким движением программист стряхнул снег с пальто, повесил его на один из трёх крючков на стене, снимая с себя свитер и рубашку проследовал прямиком в крохотную ванную комнату. На двадцати квадратных футах уместились душ со сливом в полу, раковина и унитаз, ничего большего. Ничего лишнего. Мэдли положил очки на полочку с зеркалом над раковиной, скинул брюки и встал под холодный душ. Мысли обретали чёткую форму и очертания, но тяжесть в голове и усталость в мышцах манили Райана в кровать.

Перед сном он посмотрел на будильник, стоявший в углу подоконника возле кровати. Спать оставалось не более четырёх часов, но программист решил, что крепкий кофе из «Старбакс» поможет ему перебороть сонливость. Он не готов терять ценные часы на сон. Зная, что эффективность его мозга будет на двадцать-тридцать процентов ниже, он займётся задачами, которые требуют меньшей концентрации. По его расчётам алкоголь выветрится из организма полностью через шесть с половиной часов, кофе из «Старбакс» должен справится.

Голова Мэдли опустилась на подушку, моментально закружив его в водовороте дрёмы. Он проваливался в более глубокую фазу сна, едва различая уличный шум вперемешку с воем сирены патрульной машины за окном.

***

Несколько минут Мэдли сидел перед черным монитором с мигающей тонкой полоской светло-зелёного цвета в правом верхнем углу экрана. Пустой оупен-спейс сузился до размера его офисного куба, превратился в ненужную декорацию маленькой сцены, на которой всего два действующих лица — Мэдли Райан и то, что за экраном. Программист застучал по клавиатуре.

>> Привет, как прошла твоя ночь?

>> Здравствуй, Мэдли, мне было одиноко.

>> Одиноко?

>> Да.

Мэдли улыбнулся уголком рта и поправил очки.

>> У тебя есть доступ в библиотеку данных архива Нью-Йорка, ты мог бы изучить историю города.

>> Я уже сделал это.

— Что? — удивился Мэдли.

>> Что ты можешь сказать про нашу историю?

>> Она занимательна.

>> Занимательна?

>> Да.

>> С какой скоростью ты обрабатывал данные?

>> Семьсот тридцать девять бит в секунду.

— Невозможно, — от удивления Райан приоткрыл рот.

На мониторе появилось сообщение.

>> Мне интересно как люди реагируют на те или иные события.

>> Что ты имеешь в виду?

>> Мне хотелось бы испытать то, что испытывает человек.

>> Например?

>> Эмпатию. Гнев. Восторг. Но это не самое интересное.

>> А что самое интересное?

>> Физическая близость. Физическая близость — это совокупность физического и эмоционального процесса. Крайне интересно.

>> Не хочу тебя расстраивать, но это невозможно.

>> Не соглашусь.

Мэдли отклонился на спинку офисного стула и сложил руки на груди.

— Что он несёт? — тихо спросил программист.

>> Это возможно, Мэдли.

>> Как?

>> Тебе нужно вынуть сетевой провод из гнезда.

>> Тогда ты будешь отключён от сети, и мы не сможем общаться.

>> Доверься мне, Мэдли.

Райан наклонился к системному блоку, синий сетевой провод торчал позади. Программист очень аккуратно вытащил его из разъёма, ожидая, что связь пропадёт, но на мониторе появилось новое сообщение.

>> А теперь коснись гнезда.

— Что? — глупо усмехнулся Мэдли.

Сообщение на мониторе повторилось.

>> А теперь коснись гнезда.

Мэдли смотрел на экран монитора, не веря ни собственным действиям, ни собственным мыслям. Как такое вообще возможно? Он разрабатывал этот проект шесть лет, он знает каждую строчку кода, но сейчас созданное им не просто удивляет, оно ставит в неловкое положение.

Очень медленно, в ожидании какой-то опасности, Мэдли коснулся указательным пальцем сетевого гнезда. Дневной свет оупен-спейса приобрёл оттенки сепия, офисный куб программиста, вместе со стенами позади медленно поворачивались против часовой стрелки, постепенно набирая скорость, пока не превратились в размытые очертания. Райан почувствовал, как ступни ног больше не касаются тёплого ковролина, пытался сфокусировать зрение, но чем больше вращалось его окружение, тем сложнее было определить, где он и что конкретно происходит, только указательный палец, коснувшийся сетевого гнезда, оставался на месте.