Тошнотворное, мерзкое чувство скрутило внутренности при этой мысли. Торн не могла потерять сестру или племянника. Она этого не допустит.

Иден мягко улыбнулась.

– Ты же знаешь, что еще слишком рано отправляться в путь, Торн. Если только мы внезапно не разбогатеем настолько, что сможем позволить себе шикарные экипажи, которые есть у иностранных торговцев. Мы застряли здесь по крайней мере до поздней весны. И, кроме того, дороги небезопасны. Ты знаешь об этом лучше других.

Несмотря на власть новой королевы, Иден говорила правду. Северные дороги оставались такими же опасными, как во времена ее отца. Путешествие в компании больной женщины и не менее больного ребенка означало бы смертный приговор. Даже с навыками Торн они не могли соревноваться ни со зверьми, ни с бандитами, ни с солдатами, которые все еще бродили по северу. Они представляли самую настоящую опасность.

Торн провела пальцами по деревянной поверхности пола, мысленно возвращаясь к золоту, спрятанному под половицами. Если она выполнит новое задание, их судьба навсегда изменится.

Не в силах усидеть на месте, Торн поднялась на ноги и взялась за медный замок, хранившийся в прикроватном столике. Вернувшись к очагу, она достала из кармана отмычку и принялась возиться с механизмом замка. Жизнь становилась чуточку легче, когда ей в руки попадала головоломка. Разговоры о важном тоже шли лучше, пока ее руки были заняты.

– Мне предложили работу, – пробормотала она после долгого молчания. Затрудненное дыхание Иден затихло от слов сестры. – Задание, способное все изменить.

Иден вздохнула.

– Торн…

– Не начинай, – перебила она, опуская замок. – Нам нужны деньги.

– Если оно способно все изменить, значит, задание опасно, верно? Ты знаешь, что я не могу тебя остановить… Хотела бы я увидеть того, кто сможет. Но стоит ли подвергать себя опасности?

Торн выдержала тяжелый взгляд сестры и кивнула.

– Мы будем свободны.

Иден замерла. И без того затрудненное дыхание участилось.

– Какой ценой? – прошептала она. – Такие деньги достаются дорого.

Торн надеялась, что они смогут заплатить необходимую цену.

– Я не прошу твоего разрешения, – мягко ответила Торн. Она отложила отмычку, а затем встала на колени и дотянулась до руки Иден. – И не переживай так сильно, если я задержусь дольше положенного.

– Ладно, – сдалась Иден. – Хорошо. Сколько краски и хны тебе нужно?

Она улыбнулась сестре.

– Где-то на пару недель.

– Так долго?

– Просто на всякий случай. Если я попаду в снежную бурю…

– Ой, она же смоется, – предположила сестра. – Мы не хотим повторения прошлого раза.

Они обе захихикали от воспоминаний.

Иден готовила темно-коричневую краску для белоснежных волос Торн всякий раз, когда та отправлялась на охоту за сокровищами. Благодаря ей девушку не узнавали и никто не мог отследить ее, дабы отомстить. К тому же хна отлично скрывала шрамы. Люди обычно запоминали нарисованные узоры, а не женщину со шрамами.

– Ты лучшая, – сказал Торн, как только их хихиканье стихло. Она обняла Иден за ноги.

Сестра встала с кресла-качалки и помогла Торн подняться. Стоя рядом с Иден, Торн возвышалась над ней на три дюйма, хотя сестра была на десять лет старше. Их всегда забавляла эта разница. Иден выглядела изящно, как фарфоровая кукла, в то время как у Торн из достоинств была лишь стройность.

Иден провела пальцем по шрамам Торн и завиткам хны, что напомнило ей о Даксосе. Сегодня ему удалось ее удивить. Возможно, впредь стоит быть с ним добрее.

– Ты же знаешь, как я ненавижу твои задания, – сказала Иден. Они обе посмотрели на Джейми. – Но это лучше, чем работа в борделе.

– Пф-ф. Если бы Джада попыталась убедить меня стать ночной бабочкой, я бы давно сбежала. С тобой или без тебя!

Они обе знали, что Торн никогда бы не уехала без Иден и Джейми, но работать в борделе она тоже не могла. По этой причине она радовалась своим шрамам, гибкости и возможности искать сокровища. Все это спасло ее от жизни, которой она точно не хотела.

Торн наблюдала за тем, как Иден скользнула к кровати и осторожно подняла сына на руки, чтобы отнести его на свой узкий матрас за креслом-качалкой.

Еще одно задание, и они будут свободны.

Стаянием снега начали прибывать торговцы из разных городов и деревень, расположенных южнее. Они привозили с собой интересные вещи со всех концов Хеймсерии, а иногда и из более отдаленных мест.