«А потом, можно ещё забежать на участок к Матвею и съесть всё, что у него лежит в миске! — подумал Стёпа и эта блистательная идея страшно его обрадовала. — А ведь и правда, от только и делает, что тайком пробирается на мой участок и всё время хочет нахулиганить. Это будет ему хорошим уроком!..»

Стёпа живо вообразил (а помечтать он любил), как Матвей подходит к своей миске и видит, что она пуста и душераздирающе мяукает, а он, Степашка, сидит на дереве и преспокойно смотрит на него вниз.

«Вот было бы здорово, если бы я тоже мог лазить по деревьям, — подумал Степашка. — Я мог бы забираться на сосну и сразу видеть всех нарушителей. Я бы даже мог там дремать днём, если папа сделал бы мне там будку. Он же делает будки для птиц. Почему же не сделать и для меня? Там, наверное, прохладно и нет комаров, которые постоянно кусают меня за нос. И оттуда я сразу увижу, если Матвей попытается пробраться к нам! Я даже могу прыгнуть на него сверху!..»

Стёпа представил, как она прыгает с нижней ветки сосны на спину ничего не подозревающего Матвея и от удовольствия даже гавкнул.

«Вот это жизнь, — подумал он. — Я бы мог гулять по крыше и прогонять оттуда сорок, которые постоянно смеются надо мной и сам бы рвал себе яблоки…»

Стёпа мечтательно зажмурился.

«А ещё, я мог бы…»

— Ты чем это тут занимаешься? — прервал его мечты голос мамы. — Опять хочешь пролезть к соседям?

Стёпа фыркнул, как бы желая показать, насколько смехотворны эти обвинения и ткнулся головой в мамины ноги, приглашая её поиграть.

— Ах ты хитрец, — с улыбкой сказала мама, почёсывая ему спину. — Думаешь, я не видела, как ты прокрался за розами? Смотри у меня!

Стёпа снова фыркнул и побежал по своим делам.

«С другой стороны, — думал он, обойдя участок и укладываясь под кустами смородины, — я ведь могу упасть… Я, конечно, очень ловкий и смышлёный пёс, но мне постоянно не везёт, и я часто спотыкаюсь… Это просто напасть какая-то… Если я упаду с крыши, мне наверное будет очень больно?..»

Степашка вспомнил, как он скатился с крыльца месяц назад и как у него болел бок. Он поднял голову и посмотрел на крышу бани, на дом, а затем на сосну, которая была ещё выше, и ему стало не по себе.

«Нет уж, — решил он, — пусть лучше кошки бегают по крышам. Это их работа. А моё дело, охранять участок и бегать за кошками. По земле… К тому же, крыши какие-то голые и скучные. Там совсем нет кустов и нельзя копать ямы. Какая же это жизнь, если нельзя копать ямы?! Нет, спасибо, я лучше буду жить внизу…»

Степашка удовлетворённо вздохнул, лёг на бок и задремал, и проснулся только в полдень, когда все сели пить кофе.

— Нет, нет и нет, — возмущался папа, — есть только один правильный способ укладывания мармелада на бутерброд! Всё остальное — чушь!

Папа намазал тост маслом, потом взял кусочек мармелада из пакета и аккуратно разрезал его ножом вдоль.

— Вот, видите, — сказал он, поднимая две половинки мармеладинки. — Теперь, главное, не ошибиться и не совершить жуткую ошибку новичка, очень распространённую, кстати, в архитектурных кругах…

Папа выразительно скосил глаза на мамин бутерброд с мармеладом.

— Итак, — сказал папа, трепетно склоняясь над своим бутербродом, с видом хирурга в самый ответственный момент операции — мы укладываем наши мармеладинки сахаром вниз, а не наоборот. Это очень важно, дети мои! В этом вся суть бутерброда с мармеладом! Весь вкус!

— А какая разница? — спросил Серёжа.

— Колоссальная! — воскликнул папа. — Это меняет всё! Положить мармелад наоборот, сахарной стороной наверх, это всё равно что пить кофе стоя на голове!

— А мама так делает, — сказала Варя, никак не решаясь как же ей положить свой мармелад на хлеб. — Кладёт мармелад наоборот.

— Это роковая ошибка! — гремел папа, откусывая свой бутерброд и восторженно взмахивая руками. — К тому же, не забывай, наша мама немножечко колдунья… Они, знаешь ли, любят, всё ставить с ног на голову…

— А по-моему здесь кто-то другой, любит всё ставить с ног на голову… — отозвалась мама. — Вечно ты из всего устраиваешь представление.

— Это вовсе не представление, дорогая моя, а второй закон мармелада, — сказал папа. — И он гласит: сахарная часть мармелада ВСЕГДА должна быть внизу. Понимаете, внизу! Это принципиально!

— А мне кажется, что никакой разницы нет, — сказал Серёжа, который положил свой мармелад так же как мама. — Один и тот же вкус.

— Варвара, — покачал головой папа, — на тебя одна надежда. Быть может ты последняя, кто знает тайну мармелада. Не подведи