Перед сном я привычно проверила Арэниэля: он так и находился на Элее. Я облегчённо вхдохнула. Завтра я собиралась отправиться на планету элефинов. Хотела пробежаться по магазинам, может, заглянуть в центр красоты. Эленисса расхваливал один такой, где можно было провести целый день, отдавшись умелым рукам массажистов, парикмахеров, косметологов, визажистов, мастеров маникюра и педикюра.

Утром, позавтракав и подписав договор найма, я оставила Нарино распоряжения относительно обследования трюма — его вотчины, и приготовилась к вылету. Едва я подумала о мире элефинов, как услышала голос искина:

— Внимание, сформирован переход на Элею.

Уже несколько часов я бродила по рядам растений для садов и оранжерей, доводя продавцов до трясучки своими вопросами. Список того, что я хочу посадить в моей оранжерее, был готов ещё год назад. Впрочем, он постоянно корректировался, в него вносились дополнения и замечания. Нет, всех растений на Элее я купить не могла, некоторые просто не продавались на ней, но большую часть своего сада планировала приобретать здесь. Системы полива, подкормки, опрыскивания я тоже собиралась купить на Элее, местное оборудование считалось самым совершенным из тех, что мы рассматривали с Асумом. Системы и оборудование я заказала заранее через всекосмическую сеть. Всё это должны были доставить к моему завтрашнему отбытию. Потом я закупила несколько ящиков тонких элейских вин. Один ящик предназначался маме и Тали: дамы маяка пять уважают элейские напитки.

Ещё нужно было заказать себе кухню. Не такую, как у Кати, поскромнее. Конечно, я нечасто там собиралась готовить, но пиццы — блюда с планеты, где провела юные годы мама, запечённого, жареного мяса или рыбы иногда хотелось. Пицца вообще казалась мне наивкуснейшим блюдом: тонкое, круглое тесто, на котором располагаются сыр, мясо, зелень и вообще всё, что нравится. Ммм. Ещё мне хотелось пить свежезаваренные напитки. Мама обещала отправлять мне несколько сортов чая, сухие тёмные листья которого хранились в кладовых маяка номер пять.

В центр красоты и здоровья я не успела: всё время потратила на посещение магазинов вроде «Всё для космических оранжерей» или «Ваш сад — ваша гордость». Но ничего. За собой я следила. Ту Линн, которой я была пять лет назад, никто бы никогда не узнал. Да, шикарной красоткой в общепринятом смысле гуманоидных рас я не была, но внимание привлекала. Я вздохнула: когда ещё мне выпадет шанс наведаться в косметологический центр?

Утром, наспех позавтракав в отеле, я понеслась на отбор медиков. Ещё неделю назад я продумала свой образ, перемерив все имевшиеся у меня костюмы, платья и комбинезоны. Остановилась я на тёмно-зелёном комбинезоне. Волосы собрала в низкий пучок. На ноги надела простые удобные ботинки на высокой подошве. На руки — перчатки с обрезанными пальцами — нужно было пока скрыть перстень, который сделал для меня Арэниэль…

Носила я его часто.

О да… Когда я прочла записи, переведённые Писком, то обомлела. И сначала даже не поверила источнику информации с Орсеи.

Космический алмаз — необычный камень, он дарует своему владельцу, в зависимости от того, где носит камень его обладатель, необычные способности. Моё кольцо говорило мне, что в течение ближайших нескольких секунд сделают окружающие, Рэн же носил этот необычный камень в своём ухе. Я отчётливо помнила его серьгу, которую заметила тогда, на карнавале. Он знал, какие эмоции сейчас испытывает тот, кто рядом с ним. Каждый раз, вспоминая об этом, я заливалась краской от смущения. На маскараде про свойства его украшения я ничего не знала. К тому моменту я лишь успела изучить своё украшение. Когда же я через несколько дней узнала о том, какой способностью наделяет своего обладателя камень, если носить его в ухе или на лбу, то чуть не сошла с ума и не стёрла Писка. Я отлично помнила весь шквал эмоций, которые овладевали мной в тот вечер, когда мы с Рэном танцевали, разговаривали, целовались…

Я была уверена, что он наденет эту серьгу на собеседования.

К началу отбора я всё же опоздала. Дурацкий робот-таксист доставил меня к другому корпусу посольства вигов, а не к тому, где проводились собеседования с элефинами. Я стояла под дверью, ожидая, когда от Арэниэля Вардиса выйдет очередной навигатор, и отчаянно, до зубовного скрежета, до судорог в мышцах желая, чтобы его не выбрали. Дверь хлопнула, и уже немолодой виг сквозь зубы прошипел, не замечая никого вокруг себя:

— Остроухий гадёныш! Отказать мне! Самому нье' Рукучесу! Я этого так не оставлю! — он осмотрелся, увидел меня, собирающуюся войти в кабинет, и буркнул: — Лучше выбери другого медика, девочка!

Великая точка начала! Он использовал третий отказ! Мне захотелось подпрыгнуть и хлопнуть в воздухе ногами — так всегда делал Рик, когда был очень рад чему-то. Взявшись за дверную ручку, я глубоко вздохнула и потянула её вниз.

Я оказалась в небольшой комнате с маленьким окном, столом, на котором лежала папка и выпавшие из неё несколько листков бумаги. Я думала, на Элее бумагу не используют. В помещении оказалось слегка прохладно. На стуле сидел Арэниэль Вардис и необычными для элефин тёмными глазами следил за мной. Он был коротко подстрижен, длинная косая чёлка прикрывала его правый глаз.

«Сейчас откинется на спинку стула и скрестит руки на груди», — это моё кольцо подсказало мне действия элефина, и тот поступил в точности, как я «предвидела».

Спокойно, Одалинн, спокойно. Серьга в его ухе читает эмоции.

Я подошла к столу, взяла папку, села на стул с другой стороны стола и попыталась читать. Я чуть не усмехнулась и почувствовала, что сейчас он немного наклонит голову и поднимет бровь. Его серьга, я была уверена, передала ему мою веселость. Ну а как же иначе? Моё-то «досье» на любимого было куда более полным. Элефин наклонил голову и поднял бровь. Я вновь еле сдержалась, чтобы не улыбнуться. Но решила всё же внимательней просмотреть бумаги: вдруг есть то, что мой Писк, нынешний Асум, упустил.