– Вы к нам?
– осипшим голосом спросила женщина.

– Да.

– Очень хорошо. Меня звать Марина Степановна, а это Катя, моя дочка.

Катя опять закивала головой, уже подтверждая свое имя.

– Это Лиза, меня зовите Николай, - представляюсь я.

Мы поудобней усаживаемся и тут же усталая официантка бухнула на наш столик поднос набитый тарелками с какой то экзотической едой. Она небрежно раскидала приборы и еду и отвалила, унося с собой неприятный запах кухни.

– Черт, а где вино?
– удивился я.

– Вина не будет, - пропищала Катя.
– Мама говорит, что у арабов сухой закон.

– Да, да, - закивала головой ее мамаша.

– Это у арабов, а у нас нет. Сейчас сделаем.

Я оторвался от стола и пошел к бару.

Бармен быстро все понял и ловко составил коктейли для женщин и водку для меня. Вдруг рядом со мной очутилась смуглая молодая женщина с роскошным декольте в темно-синем платье, из которого выползла красивая грудь.

– Молодой человек, не угостите пивом?

– Бармен, кружку пива для дамы?

– Похоже все эти... присутствующие жмоты. Вы единственный из них, кто пошел в бар, чтобы заказать выпить.

– Они еще не разошлись. Как только придут в себя, то закатят такие пьянки...

– Давайте познакомимся?

– Давайте.

Бармен поставил перед ней кружку пива, она немного отпила и поставила на стойку.

– Зовите меня Нед Гамильтон.

– Красивое имя, а фамилия, класс, так и пахнет историей. Меня звать Николай.

– Хорошо, Николай. Вы один или кого-то ждете?
– продолжает допрашивать меня Нед.

– Не жду, у меня красивая девушка, вон в той компании, - я оборачиваюсь и показываю пальцем на мой столик.

– А жаль. Вы мне очень понравились.

– Извини, Нед, может мы с тобой еще увидимся, но сейчас меня ждет компания. До свидания. Бармен, поднос с коктейлями готов? Тогда счет.

Мать Кати запротестовала, когда я ее дочке подвинул бокал с коктейлем.

– Ей еще рано, не надо спаивать ребенка.

– Мама, ну как тебе не стыдно, я уже перешла школьный возраст..., пищит ребенок.

– Это безалкогольное, - подсказал я.

– Тогда другое дело.

– Простите, но тут сказали, что ваша дочь перешла школьный возраст. Она... работает, учится?

– Не то, не другое. Катенька отдыхает, у нее академический отпуск.

– Николай, - слышу тихий голос Лизы у уха, - не задавай бестактных вопросов.

– Слушаюсь и повинуюсь, моя богиня.

Богиня фыркнула и стала доедать салат. Я же поднял рюмку водки.

– Вокруг меня женщины и мне ни чего не остается сделать, как выпить за них и за удачный отпуск.

Все выпили..

– То что вокруг вас женщины, это мы заметили, - говорит Марина Степановна, ставя свой бокал на стол.
– Только отошли от нас и вас сразу атаковали местные бабы. Мы видели как вы флиртовали с красоткой у стойки.

– Очень симпатичная девушка.

– Еще бы, она вытащила все что могла наружу...

– Ее можно простить, это ее бизнес.

Лиза подняла голову от тарелки и с интересом поглядела на меня.

– Ты ли это, Николай?

– Я. Толи еще будет, моя богиня.

– Не называй меня богиней.

– Хорошо, я назову тебя... Клеопатрой.

Катя прыснула в тарелку. Марина Степановна важно заметила.

– Говорят, Клеопатра была самой красивой женщиной Востока.

– Я согласен.

Чтобы оторваться от этой глупой бабы, я предложил Лизе.

– Ты не против, если я приглашу тебя на танцы.

– Не против.

Она поднялась, вместе со мной прошла к площадке, где уже медленно крутились две пары и положила руки на плечи.

– Ты устал от нашей соседки?

– Правильно заметила.

В свой номер мы вернулись около одиннадцати вечера, посидели бы в ресторанчике еще, но нас вежливо выпроводили вон. Оказывается некоторые порядки в Турции, как в России. И вот здесь, Лиза заволновалась.

– Как мы будем спать?

– Как и все нормальные люди, в постели.

– Но...

– Ты что то хочешь сказать?

Она заколебалась.

– Нет... Ничего... Но мне кажется, у нас все получается как то слишком... сухо. Ты всегда такой... резкий?