Я ошарашен от услышанного, но мне хочется защитить Кольку.

– Но Николай может быть и не пренебрег бы стерильностью, если бы он знал как защищаться и чем защищаться.

– Вот я поэтому тебя и вызвала. На возьми.

На стол высыпались пакетики.

– Что это?

– Презервативы... Но хочу тебя предупредить. Самый тяжелый у нас пациент Ира, ее надо беречь, у нее такая чувствительная кожа, что она может заболеть, даже почесав ее своими ногтями. А вот из остальных женщин..., не знаю кто был с Николаем, но для тебя они все здоровы Откровенно говоря, мне даже было бы интересно, если ты заведешь здесь свою семью.

– Почему интересно?

– Это научный факт, Борис. Вопрос весь в том. Будут ли у родителей с такой иммунной системой, здоровые дети.

– Мне это совсем не интересно. Зачем плодить пленников для этого заведения.

– Значит ты еще не вырос... Еще, хочу предупредить. К нам сегодня прибудет новая пациентка.

– Прибудет, так прибудет.

Я пожал плечами.

– Надо ей помочь. Она привезет с собой много вещей, после дез. обработки их необходимо собрать в комнате 17.

– Хорошо, поможем.

– Тогда иди и возьми эти.

Она кивает на презервативы на столе. Я их собираю и расталкиваю по карманам. В голове мечется сумасшедшая мысль - неужели Татьяна спала с Колькой.

В моей комнате на кровати сидят девчонки: Ира, Наталья, Таня и тревожно смотрят на меня.

– Ну что там?
– первой не выдерживает Ира.

– К нам сегодня переводят новую пациентку, я должен помочь ей перенести вещи.

– А про Николая что-нибудь известно?

– Только одно, что он в дез камере.

– А я думала, что тебя тоже... в камеру...

– Ирка, ну что ты несешь, - напала на нее Наталья.
– Борька даже близко к гантелям не подходит. Колька же ненормальный, каждый час отжимается. Конечно перенапрягся.

– Если даже перенапрягся, это не значит, что не заболел. Раз в дез камере, значит заболел.

Я вижу как девочки напряглись от этой мысли, от одного слова "болезнь" и вопросительно уставились на меня.

– Знаете что, я попытаюсь узнать все, попрошу у Пантелеймонихи разрешения поговорить с Николаем, - сказал им.

– Борь, если тебе надо позаниматься, мы тебе не будем мешать, мы тихонечко сыграем здесь на кровати в картишки..., - умоляюще просит Ира. Там, в холле наши бабки все время приставать будут... сделай это, сбегай туда, а тут все знают, что ты занимаешься и к тебе никто не лезет.

– Давайте. Вы даже можете пошуметь, я отключаюсь, когда что-то читаю.

– Борь, можно еще один последний вопрос, - это Татьяна, сейчас что-нибудь выдаст.
– Скажи, зачем ты занимаешься? Ведь твои знания, твоя подготовка в иностранном языке здесь не пригодятся, они просто никому не нужны.

– Наверно я хочу чувствовать себя полноценным человеком и не думаю, что знания могут кому то не пригодится или повредить. Конечно, и здесь можно писать книги, что то творить... В Шлисенбургской крепости сидел в одиночке один царский узник по фамилии Морозов. Его посадили туда пожизненно, за покушение на его величество. Просидел он пятьдесят лет, пока его не освободила революция и вышел в полном здравии и со множеством статей в научных журналах и даже книгами, написанными в неволе, а за те знания что он приобрел в тюрьме, вскоре стал академиком...

– К сожалению революция здесь скоро не предвидится, нас освободят только катаклизмы... А если и освободят, то мы сдохнем в той жизни через день от обыкновенного ОРЗ или блохи... Ну ладно, занимайся.

Я действительно ушел в себя и не слышал азартных игроков на своей кровати. Очнулся от стука в дверь. Она приоткрылась и в комнату заглянуло расстроенное лицо Ани.

– Вот вы где? К вам можно.

Полноватая девушка не дождавшись ответа прошла к моей кровати и втиснулась между Таней и Натальей.

– Девочки... Я совсем..., - она чуть не разрыдалась.
– Понимаете, Семена вызвала к себе врачиха и напихала ему это...

Она вытащила из кармана пакетик презерватива. Татьяна первая с любопытством схватила его.

– Но это же..., - она взглянула на меня и замолчала.

– Презерватив, - подсказала без стеснения Аня, - ему, Семену, предложила презервативы. С чего бы это, что я больна или он?

– Можно им и не пользоваться, - неуверенно говорит Таня.

– Конечно. Если бы не одно но... Когда Семен стал отказываться, она сказала, что всем мужикам выдала их, ради их же безопасности.