– Прапорщик, вы хорошо разбираетесь в этом хозяйстве?

– Хорошо. Слава богу, за пять лет изучил все.

– Помогите мне все освоить. Я ведь не нашел карты подземных коммуникаций на старые тоннели.

– А ее и нет. Кому она нужна? Конечно, я вам, лейтенант, все покажу, но зачем?

– Честно говоря, сам не знаю, но думаю, что лишняя информация не повредит. А кроме вас, прапорщик, эти закоулки кто-нибудь знает?

– Конечно. Капитан Ковров, знает их. Он уже здесь почти четыре года. Все облазил.

Мы открываем очередную дверь.

– Сейчас двери не блокируются?

– Только в случае тревоги.

– Даже в старых галереях?

– Этого я не знаю. Вы же сами говорите, есть только карты на новые подземные коммуникации. Как действуют старые... не знаю.

Мы выходим в пультовую. На моем месте сидит лейтенант Кочетков.

– Ну как, насмотрелся?
– спрашивает он меня.

– Да. Здорово, конечно. Нам, в училище, показывали СТП на востоке страны, но эта...

– Эта конечно уникальна. Садитесь на свое место, лейтенант, дремлите дальше.

Кончились сутки дежурства, к нам прибыла смена и все освободившиеся, поехали в военный городок.

Я вошел в свой домик и не узнал его. Все вычищено, прибрано. Из спальни показалась Маша со шваброй в руках.

– Дима... Ой, извини. Не успела прибрать. Вчера была занята, за грибами ходили...

– Да не надо... я бы сам убрал.

– Ничего. Мне это не трудно. Знаю, придешь голодный, поэтому успела приготовить поесть.

Маша отбросила швабру и пошла на кухню. Я за ней. В крошечной кухоньке, на столике стояла пустая тарелка и вилка.

– Садись, - командует Маша.

Она с плиты сдергивает сковородку и насыпает в тарелку жаренной картошки.

– Ну ты даешь. Спасибо, Маша. А ты? Давай вместе.

– Нет, нет, я уже дома позавтракала, чай на плите, так что... Мне еще домой надо. Я уже давно здесь, а маме не сказала, она наверняка будет волноваться.

– Ладно, надеюсь в следующий раз, ты задержишься...

– Если можно, я сегодня вечером приду?

– Приходи.

Я поел и завалился спать.

Вечером пришла Маша и не одна. С ней была высокая красивая девушка. Я ее на вечеринке, где меня принимали в офицерскую среду, не видел.

– Дима, ты не против, я привела свою подружку. Ее звать, Катя.

– Конечно, нет.

Я осторожно пожимаю тонкие, нежные пальцы.

– Проходите, девчата.

Маша уверенно проходит в комнаты, за руку затаскивая Катю. Она заваливается на диван, увлекая девушку за собой.

– Маша, а чего Кати не было в тот раз...?

Она поняла о чем я спрашиваю

– Катя у нас работящая. Она трудится оператором на СТП. Тогда, Катя не смогла прийти, она отдыхала... и потом она за свою жизнь не выпила ни грамма спиртного, поэтому неохотно участвует в попойках.

– Раз вы сегодня здесь, значит вы со мной в одной смене..., - удивился я, обращаясь к Кате.

– Да, - зазвенел колокольчиком ее голос.
– Я даже вчера наблюдала за вами, через электронные средства слежения. Вы с прапорщиком Годуновым обходили туннели.

– Правильно. Значит каждый коридор, находится под надзором видеокамеры?

– В общем то так, но не каждый. Старые галереи не имеют видео точек.

– Странно, а я ни того, ни другого и не заметил... Но вы с нами на грузовике на СТП не ехали.

– Полковник приказал их возить на своем газике, - поспешила ответить Маша.
– Там в центральном посту служат еще несколько девушек, операторами работают Вера и Зина... С работой здесь трудно, вот и разрешили служить женщинам.

– Черт, а я центральный обошел мимо.

– Много потерял, - шутит Маша, - но еще успеешь наверстать. К ним не так то легко попасть, надо знать пароль. Даже я это знаю.

– Постой, но мне дали пароль... А я то думал зачем...

– Действительно так, - кивает головой Катя.
– Я проверяла, ты в списке допущенных. Так что еще может увидимся.

– Скажите, девчонки, а чем вы здесь занимаетесь в свободное время? У вас кино, самодеятельность, библиотека, танцы, есть?

– Только танцы и то, по воскресениям.

– Чем же вы занимаетесь в свободные дни?

– Кто как, собираем грибы, ягоды, кто отсыпается..., зимой ходим друг к другу в гости. Скучища здесь, неимоверная...

– Спортом здесь занимаетесь?

– Дима, о чем ты говоришь, летом гнус, мошкара, на улицу носа не высунешь, зимой холод. Если только в зале, но он такой махонький, да и то есть в казармах.