Раздвинув почти все ящики, я отрываю последний и вдруг замираю. В ней свалена куча лекарств.

Как-то глупо хранить лекарства в ванной, тем более что аптечка у Лерки лежит на холодильнике в кухне (это я выяснил случайно, когда изучал квартиру).

Усевшись на пол, я достаю рандомную пачку таблеток.

— Фенибут, — читаю название на упаковке и зашвыриваю её обратно, доставая другую. — Анальгин.

Да тут целая золотая жила, думаю я и швыряю ещё одну упаковку обратно.

Кроме лекарств там также находятся медицинские жгуты и лезвия в запаянной пачке, три пузырька с какой-то жижей без этикетки, электрошокер.

Я решаю, что иметь при себе электрошокер в моём положении не так уж и стрёмно, а потому достаю его из ящика вместе с каким-то блокнотом.

Открыв его, я обнаруживаю несколько заполненных страниц. Моё внимание привлекают первые строчки на четвёртой:

«Он искал меня. Я встретила его у ворот университета. Когда наши взгляды встретили, он убежал. Мне пришлось идти домой вместе с Ларисой…»

Белые страницы в линейку были смявшимися, в странных непонятных разводах.

Уже лёжа на кафельном полу и разминая во рту сигаретный фильтр, но не закуривая, я продолжаю читать чужой дневник про себя:

«Сегодня у меня снова не получилось покончить с собой. Я всё ещё надеюсь, что меня собьёт машина, или я неудачно упаду в обморок». — Я переворачиваю страницу. — «Меня тошнит от запаха еды. Из-за сонного паралича спать получается только час от силы. Я пробовала мешать седативное с водкой, но становилось только хуже».

В какой-то момент я просто закрываю блокнот и откладываю его в сторону, щёлкнув зажигалкой.

Подпалив кончик сигареты, я лежу так ещё неизвестно сколько, но не затягиваюсь, только гляжу, как дым поднимается к потолку и заполняет собой ванную комнату.

Почему-то меня злит то, что я прочитал.

***

Пиздец, думаю я, стоя на пороге огромного здания с панорамными стеклами. В него входят серьёзные типы и чикули в белых рубашках и пиджаках. Некоторые из них мельком глядят на меня, но не удостаивают даже минутой своего внимания.

На фоне местных я совсем как дикарь — в яркой олимпийке цвета гаишника и таких же спортивках, розовых кедах, с не пойми чем на башке.

Не думаю, что заходить внутрь хорошая идея, но я же продул Пашку в каменцы, а это в Муторае серьёзнее, чем любые подписанные бумаги.

Сплюнув себе под ноги, я двигаю внутрь.

Но далеко зайти не получается. Уже на пороге меня тормозит тип, будто бы вылезший из фильма «Нео».

— Девушка, вам куда? — спрашивает он.

— Меня зовут Валерия, — гордо задрав башку, представляюсь я. — Уже можно было бы и запомнить, — глянув на его бейджик, я добавляю: — Станислав Палыч. Не первый день тут работаю, ваще-то.

— Это всё, конечно, прекрасно, но где ваш пропуск, Валерия?

Я пожимаю плечами с невозмутимым видом.

— Я был… была в отпуске. Оставила на рабочем столе.

— Понимаю, — он кивает, но не мне, а непрерывному потоку клерков. — Какой офис, Валерия?

А я в душе не ебу, какой там офис. Пока этот лысоватый мужик маринует меня взглядом, я пытаюсь выдумать подходящее обоснование для своей забывчивости. Но подмога приходит быстрее, чем я успеваю сложить в голове очередную легенду.

— Лерка, это ты, что ли?

Я поворачиваю голову назад и обнаруживаю непримечательную женщину в сером костюме и пучком чёрных волос. Когда она увидела меня, её губы надломились.

— Вы знакомы? — спрашивает охранник.

— Конечно, — отвечает женщина. — Она из седьмого офиса.

Мужик снова кивает и жмёт на какую-то кнопку за своей стойкой.

— Проходите, — говорит он мне. — В первый и последний раз.

Я прохожу через перила и дожидаюсь женщину. Та проходит сразу за мной и окидывает меня взглядом.

— Да уж, — говорит она, но не продолжает.

Эта дамочка двигает дальше по коридору, а я следую за ней. Вместе мы подходим к кучке людей, что стоит у лифта.

— Как отпуск? — вдруг интересуется она.

— Да норм, — отвечаю я, разглядывая помещение.

— Надеюсь, ты от нас как следует отдохнула.

Я глянул на эту женщину ещё раз. Её маленькие прищуренные глазки неотрывно сканировали меня.

— В каком смысле? — решаю уточнить я.

Она ничего не отвечает. Только выдаёт странную физиономию, а потом заходит в лифт. Я тоже захожу.

— Мы не думали, что ты вернёшься, — она продолжает разговор уже в лифте, где едва получается дышать. А если кто-то пёрнет, так вообще погибнуть можно. Ей повезло, что я с утра почистил зубы, иначе бы от моего смачного зевка она задохнулась.