Шрифт:
– И тебе! Будем ждать в Бате!
Аментет вышла из шатра с ощущением небывалой лёгкости на душе.
Через несколько минут после того, как караван отправился в путь, Сет поравнялся на верблюде с Атсу, Кейфлом и Ифе.
– Анубис нас больше не потревожит, – спокойно сообщил он.
При упоминании имени бога, Ифе вздрогнула. Слишком ярким было воспоминание о её фантазии у чёрного шатра и во сне.
– Ты убил его? – спросил Кейфл.
– Конечно, нет.
На один краткий миг девушка действительно думала, что он мог так поступить. И с неожиданным облегчением выдохнула, услышав ответ.
– Я задержал его. Поговорил. А теперь у него есть выбор, как поступить. И при любом из раскладов для нас он не станет проблемой.
Сет, как обычно, говорил загадками.
– Мне бы хотелось знать больше. Обо всём, – взмолилась девушка.
– Уж прости, но большая часть из того, что ты говоришь, звучит как ложь. Или умалчивание, – поддержал её Атсу.
– Тебе ли говорить о лжи, вор? – бог обернулся, всмотревшись в лицо мужчины. – Выглядишь бледным.
Атсу действительно казался очень уставшим. Его качало на верблюде, и он в странной позе прижимал руку к груди.
– С тобой всё в порядке? – с тревогой спросила Ифе.
– Нормально, – буркнул он.
«Расскажи же им! Что, если Сет сможет помочь?» – думал Кейфл. Но заговорить сам не мог. Атсу просил его молчать.
– Я… – вор не смог договорить.
Он завалился на бок, падая под ноги верблюду.
– Амтова пасть! – выругался Кейфл.
Принц спешился, подбегая к вору. «Я сама не слезу!» – поняла Ифе.
– Сет, помоги!
– Меня не было два дня… Что с вами приключилось?!
Бог снял Ифе с верблюда, и они тоже склонились над Атсу. Он был без сознания.
У Ифе дрожали руки. По странному наитию она неуверенным жестом оттянула его веко. Белки глаз были покрасневшими, с очевидной желтизной и лопнувшими капиллярами. Девушка схватила вора за руку, которую тот во время пути прижимал к телу.
– Жгут?!
– Я наложил… – признался Кейфл. – Он не хотел говорить тебе, не хотел волновать. Атсу…
– Отравлен! – воскликнула Ифе.
– Откуда ты знаешь?..
– По глазам поняла. Почему молчали?!
Принц отвёл взгляд. «Неважно… Нужно ему помочь! Яд в крови. Угольная настойка не поможет. Способ был. Советник! Однажды его удалось спасти от похожего. Не помню…»
Каждое новое воспоминание давалось Ифе через боль и смятение. И сейчас память отказывалась повиноваться.
– Используйте хека!
Кейфл и Сет молча продолжали смотреть на умиравшего Атсу.
– У нас два артефакта! Хекау и бог! Используйте. Амтову. Хека! – не выдержала Ифе.
Принц медленно достал из-за пазухи каменную табличку.
– Я давно не лечил с помощью хека. Не знаю, получится ли.
– Должно получиться, – слова девушки звучали, как приказ.
– Надо сойти с дороги. Нас увидят, – сказал Кейфл.
Сет легко подхватил вора, а Ифе поспешно отвела в сторону верблюдов, привязывая их к пальме.
Когда они оказались скрыты за несколькими деревьями, Кейфл положил артефакт на грудь Атсу.
– Djet medu ?nh in?w?j [19] !
«Ну же!» – каменная табличка покрылась трещинами под пальцами хекау.
– ?nh in?w?j…
Артефакт рассыпался в пыль.
– Не хватило, – принц со злостью ударил рукой в песок. – И яд уже почти достиг сердца.
Ифе чувствовала слёзы на щеках.
– Есть ещё твой артефакт, – обернулась она к Сету.
– Вы готовы оставить нас беспомощными?
19
Живи во имя, вор!
– Ты сам сказал, что Анубис больше не проблема! Значит, можно использовать божественную силу!
– Амт, Осирис, даже гончие Карателя всё ещё могут её учуять! Не так быстро, но могут!
– Тогда дай артефакт! Ты же бог, сможешь создать другой. Кейфл говорил, что нужно касание бога, – почти кричала Ифе.
– А ещё жрецы, ритуал и молитвы верующих. У меня этого нет, – с раздражением ответил Сет.
– Он умрёт!
– Зато ты, возможно, выживешь, если у меня или принца останется возможность использовать хека.