Громада Куба осталась позади. Они выбрались на широкий проспект, уводящий вглубь мегаполиса.

Линда держалась спокойно, даже равнодушно. Но мужчина заметил, как взгляд девушки с любопытством изучал повседневную жизнь Организации.

Она ведь еще ни разу не выбиралась на такую вот прогулку, понял он. Сначала — больница, потом — Куб. Всё под контролем, все рядом.

Как раз с ней действия Титова были логичны: тому, кто только вчера был по другую сторону баррикад, сегодня незачем свободно гулять по улицам.

Вот только это «сегодня» очень уж затянулось.

Он сам же ничего другого не помнил. Да и за последний год привык к окрестностям Куба. Шумные улицы, заполненные сотнями автомобилей. Какие- то объявления, разносящиеся в воздухе над рутинной жизнью.

Даже в стороне от сердца Организации чувствовалось её присутствие. На углах ближайших зданий взгляд отметил крохотные глазки камер. Неспешно ходили среди обычных людей облаченные в доспех патрули Службы гражданской безопасности. Из пары дворов аккуратно выглядывали хищные носы служебных бронеавтомобилей с гербом державы.

— Дошли, — с удовольствием сообщил Брайер, жестом остановив Линду, и распахнул стеклянную дверь.

«У Шефа». Место выделялось простотой на фоне ряда бизнес- центров и роскошных ресторанов. И даже скромную узорчатую белую вывеску с поварским колпаком венчавшим разложенный бургер, легко можно было пропустить, если не знать, какое это заведение.

Девушка с облегчением выдохнула и тут же с готовностью нырнула внутрь.

Нильсон поздоровался с парнем, поспешившим встретить гостей, однако тот начал разговор первым:

— Доброго времени, Нильсон. Будете вдвоем? — буквально из воздуха он достал планшет, чтобы на ходу сделать заметки, — твой стол никто не занимает.

— Вдвоем, — кивнул Брайер, провожая Линду к обособленному месту в углу зала. Он мысленно прикинул, что лучше всего подойдет девушке и быстро шепнул заказ через спину.

Посетителей тут было немного, и это радовало сильнее всего: шум центра остался снаружи. Бесконечный поток людей — тоже. Здесь — только не режущее глаз скудное освещение да музыка, приятная слуху.

— Все- таки устала? — с легкой улыбкой спросил мужчина, наблюдая, как фигурка Тиль утонула в стилизованном под старину кожаном кресле.

— Все- таки да, — передразнила она, — а можно какой- нибудь салат?

— Уже заказал, — отозвался Брайер и с удовлетворением отметил реакцию девушки, — греческий. Не против?

Линда рассмеялась:

— Не против. Только оливки я не ем, — на лице её возникло какое- то виноватое выражение, которое Нильсон тут же заставил исчезнуть.

— Ничего, — произнес он, — я ем.

Пару минут они провели в молчании. Мужчина перехватил взгляд Тиль и отчего- то не нашел в себе желания тут же переключить внимание на что- то другое. Девушка смотрела на него заинтересованно. Блеск её глаз уже привычно показался Брайеру знакомым, как полузабытый сон. Но если с такими вот «воспоминаниями» ему уже удалось разобраться и все понять, то чувство тепла, разлившееся по телу от взгляда Линды, настигло впервые.

Или не впервые?

— Знаешь, — произнес Нильсон, не желая откладывать свои мысли в долгий ящик, — с тобой приятно проводить время. Не знаю, как это правильно сказать…

— Вот и не надо ничего говорить, — девушка коснулась его ладони своей, — ты и так знаешь, что это взаимно.

Резкий звук шагов вывел мужчину из транса:

— Приятного аппетита. Это тебе, — парень в первую очередь поставил перед Тиль блюдо с салатом, — а это — твоё, — перед Брайером оказался внушительных размеров бургер.

— Приятного аппетита, — с улыбкой пожелала Линда, приступая к трапезе, — кажется, я таких десять могу сейчас съесть.

Нильсон кивнул. Вновь повисла тишина, прерываемая лишь играющей музыкой.

Её спокойствие, реакция на его мимолетное признание, поразила сильнее всего. Мужчина догадывался, что девушка вновь оставляет за ним свободу принятия решения. Быть может, не хочет как- то давить, подталкивать.

А быть может, она и так лучше него самого понимает и то, что было сказано, и то, что пока оставалось в мыслях.

Она его не торопила, ни к чему не принуждала, но он подгонял себя сам, старался скорее закончить трапезу, чтобы быть последовательным. Изредка девушка посмеивалась его стараниям, но он не придавал этому большого значения. Утершись салфеткой Брайер посмотрел на нее.