Чтобы занять себя чем- то, капитан в очередной раз принялся проверять собственное снаряжение. Если пару дней назад картина была ясна, как день, то что ждёт его в бою сегодня, завтра, послезавтра… кто его знает.

Небольшие защитные пластины на руках и ногах. Так, кажется, на левой голени крепление чуть ослабло. Вайлд затянул застёжку потуже. За годы войны, да даже за годы предшествующей службы обмундирование стало второй кожей, и любые недостатки замечались ещё до сражения.

Нож на бедре. Поддавшись порыву, Генри вытащил оружие. Попробовал большим пальцем лезвие: без изменений, острое. Гвардейскую броню не пробьёт, но бронежилет… может.

«Даже сверхлюди тебе не указ». Крохотная гравировка, подарок от первых командиров Армии Освобождения. Привет Хаффман, которую боец едва не отправил на тот свет когда- то давно.

Не зря достал: внимательный взгляд всё- таки отметил изъян в заточке лезвия.

— Есть брусок? — спросил повстанец у ближайшего товарища. Тот, занятый маскировкой огневой точки, отреагировал не сразу, но через пару мгновений с готовностью бросил капитану точильный камень.

— Так- то лучше, — улыбнулся «Закалённый». Несколько движений крупнозернистой стороной, потом обратной, мелкозернистой, и лезвие вновь заслужило одобрение офицера.

Конечно, даже самый острый нож Нильсону не страшнее игрушечного. Но ведь всегда есть простор для фантазии, так?

Конечно.

В остальном снаряжение Вайлда устраивало. Хотя… задний ремешок бронежилета стоило бы осмотреть. Кажется, немного его всё же потряхивало.

Но сейчас заняться этим было, кажется, не суждено.

— Капитан! — окликнул Генри связист, — седьмая позиция просит подмоги! У них прорыв периметра!

«Закалённый» мигом оказался на ногах:

— Уточните у соседей обстановку! Пулемёт готовьте к повороту на седьмую! Здесь остаться третьему взводу. Первый, второй — за мной. Дистанция двадцать шагов. Погнали!

Конечно, со своей командой работать привычнее. Но эти ребята, кажется, оказались смышлёными.

Короткими перебежками Вайлд двинулся к седьмой позиции. От города их прятали деревья, но здесь уже не понять, кто выиграл больше: защитники или нападающие. Видимость одинаково поганая для всех.

Вскоре взгляду открылась нужная огневая точка. Седьмой позиции уже, можно сказать, не было: оранжевое пламя на месте пулемётного расчёта и подкрадывавшиеся через кусты ОПЗМовцы. Бинокль, быстро упавший на глаза, помог отметить: вот семь фигур, одетых в тяжелую броню. Пара десятков бойцов и, как раз под защитой гвардейцев, высокий мужчина в погонах, кажется, полковника.

Тревогу поднял один из солдат Организации:

— Там! Вон там! — примерно так разобрал его слова Генри, мигом проклявший своё шумное сопровождение. Да, с «Закаленными» бы явно подобрались поближе.

Первые пули ударили по мятежникам. Командир вражеского отряда ушёл за укрытие, выхватывая оружие. Тут же показался вновь, кажется, совсем не боясь пуль.

Если это спрятавшийся Брайер, то ему действительно бояться нечего.

Лицо ОПЗМовца было закрыто тканевой маской. Ну, точно он.

К автоматам бойцов ОПЗМ присоединились штурмовые винтовки гвардейцев. Генри легко различал их на звук: редкая дробь, чуть сбавленная глушителем.

Да даже сами пули свистели немного иначе. Объяснить это капитан не мог. Зато прекрасно мог чувствовать.

Перекатом Вайлд ушёл из- под огня, чтобы чуть не застрять в каких- то колючих кустах.

— Восьмая! Восьмая позиция, на связь! — выкрикнул он в собственную рацию. Из лежачего положения повстанец перескочил в сидячее, стоило доползти до дерева. ОПЗМовцы били по стволу, летели щепки, но все же офицер оставался в относительной безопасности.

Свои под командованием сержантов начали окружать врага, пытаясь подавить огнём. С той стороны полетели ответные выстрелы, и пара бойцов уже упали. А к солдатам в сером, судя по голосам, подходило подкрепление.

— Есть восьмая! — слабо донеслось из рации, — это шестая?

— Да! Капитан Вайлд! — продолжал кричать мятежник, зная, что под глушилками врага сигнал едва проходит, — авангард врага на седьмой! Тридцать единиц! Семь «Б- шек»! Тяжёлого вооружения не заметил!

— Принял, шестая! Двигаемся на перехват!

Генри выдохнул. Учитывая рассеянность позиций, нужно подождать…

Чуть больше минуты — дыхание как раз успело нормализоваться. И тут же застрекотали далёкие выстрелы.

ОПЗМовцев брали в клещи. Наступление… сорвано?

Рано было так говорить, ой, рано…

Совсем рядом громыхнул взрыв. Взметнулся огонь: зажигательная граната во всей своей красе.

Знакомый голос выкрикивал команды на русском, и это рвало все шаблоны.

Генри осторожно выглянул. Что бы там ни происходило, реагировать нужно мгновенно.