Шрифт:
Ждать ответ от животного, как минимум глупо, но его пронзительный, наполненный мудростью взгляд отчего-то вселяет надежду на получение ответа. Не успеваю ещё что-то сказать, охаю, ощущая, как неожиданно браслеты вжимаются в кожу, таранят запястья тысячами иголок и немилосердно жгут.
– А-ай! – зажимаю ладони между коленками в попытке унять боль. На глаза наворачиваются слёзы. – Твою-ю ма-ать, горячо то ка-ак, сейчас ладони отсохнут!
Не в силах терпеть боль, сворачиваюсь калачиком, прижимая многострадальные руки к себе, так концентрируюсь на этой горячечной агонии, что даже сперва не чувствую, как в голове проносятся совершенно чужие мысли, нашёптывая слова успокоения.
– … ише, тише, тише, – монотонно бормочет голос, – сейчас пройдёт, девочка. Потерпи, зато как нам всем легче-то сразу станет!
Замерев испуганной мышкой, прислушиваюсь. Уж за такой болью вполне могло и привидеться всё это.
– … ще не верит, – тише, чем первый, шелестит другой, прикасаясь к разуму немного неуверенно, с большой опаской и аккуратностью, словно сам ещё сомневается, что это возможно, – ты правда думаешь, что пора показывать…
– Яду вспомни. Что раньше, что позже – всё едино! Её браслеты приняли, значит наша она. Нечего тянуть.
– В-васька, это ты что ли? – так и продолжая лежать, таращу глаза на кота. – Ты у меня в голове говоришь?!
– Я. Говорю. Надеюсь недолго, – голос звучит до одури высокомерно, как будто ему самому противно в моей голове сидеть. – Наберёшься силы - по-людски заговорю.
– А-а-а, – заикаясь, хнычу я, – второй кто? – И тут же сама понимаю, – ворон?
– Яким, да, – не стал отнекиваться Васька.
– Я сошла с ума?
– Помилуйте Боги, – а вот Яким звучит, как и положено ворону, мудро. – Навья ты, Васенька. В роду ведьмы были, вот и браслеты тебя приняли.
– … точно сошла.
Кряхтя и охая, встаю на четвереньки, а после, даже не пытаясь содрать орудия пыток, молча собираю весь скарб обратно, оставив лишь скатерть с красивой парой и волчком.
– Поразительное спокойствие как для той, что только что о магии узнала, – голоса всё больше и больше набирают силы и уже не слышутся тихими отголосками.
– Потому что не верю, – отвечаю вслух.
– А вот так лучше не делать, – тут же вставил Яким, – пока не заговорим, безопаснее в мыслеформе общаться. Мало ли кто нагрянуть может.
Поставив ларец на место, замираю, понуро опустив плечи.
– Взаправду-таки, не сдурела?
– Всё так, – со вселенским терпением в очередной раз повторяет ворон.
– И вы теперь не замолкнете?
– Мы и так долго молчали! – возмущается Васька, скосив на меня зелёный глаз. – Ты думаешь, мне приятно весь тот эстрадный шлак перебирать, чтобы тебе хоть слово сказать?! И ведь всё равно ничего не поняла, дурёха!
– Так это ты был? Но как же так? Почему это со мной происходит?! – с силой хватаюсь за волосы. Не поможет, очевидно. Из головы этих двоих так просто не выгнать.
– Ой, всё, – звучит в ответ и тут же вновь поёт радио.
Ты не такая, как все
Живая. Не из гугла или яндекса, из ада или рая
Не ходишь по траве - по воздуху летаешь на метле,
Нагая и босая!
Потому что ты
Ведьма- ведьма, ведьма-ведьма!
Видимо ведьма-ведьма, ведьма- ведьма!
Видимо-видимо, видимо-видимо
Видимо ведьма- ведьма!
– М-мама… – пищу тихонько. – И правда… но… как? Почему? За что?! – затравленно озираюсь по сторонам.
– Хоть на край света беги, сила твоя пробудилась, магические потоки очищающим пламенем омылись, никуда не деться тебе девочка, – слова кота звучат зловеще. – Ведьмами не становятся, ими рождаются.
И словно в издёвку, радио вновь напоминает:
Потому что ты
Ведьма- ведьма, ведьма-ведьма!
Видимо ведьма-ведьма, ведьма- ведьма!
Видимо-видимо, видимо-видимо
Видимо ведьма- ведьма!
– Это невозможно, – бормочу себе под нос, вышагивая обратно на кухню. – У меня папа - самый обычный человек в мире…
– А мама? – спрашивает Яким.
– А мама, – с жаром начинаю, и давлюсь так и не озвученным. – Я… не знаю… от неё только куколка и осталась.
– Обережная? – хитро добавляет он, – та, что берегла от взгляда дурного, да слова кривого?