Стас моментально пересмотрел свое мнение о благочинии местных жителей.

– Что поделаешь! – сказал Копатель. – Портовый город. Работорговля, сбыт награбленного на море и все такое. Поэтому черную работу, как наиболее опытный в подобных вопросах, я взял на себя. Во-первых, я нашел местный Челнок.

– Он здесь, на острове?! – не поверил Стас. – Невозможное совпадение…

– В движении по Великим Песочным Часам никаких совпадений быть не может, – назидательно сказал Копатель. – А в нашем случае все еще проще: раз Алекс нашел в этом мире Челнок, то объект для следующего нырка, соответственно, он нашел неподалеку. Ведь не так уж и просто взять и уплыть с острова. Так зачем утруждаться понапрасну? Короче, Челнок, который почитают здесь драгоценным камнем, носит дочь губернатора в качестве подвески…

– Она, конечно, красотка, а зовут ее Катрин, – понимающе кивнул Стас.

Копатель расхохотался:

– Как бы не так! Вы думаете, ее именем мальчишка назвал захваченный с помощью способностей нейронавта корабль?

– А что, нет? – растерянно спросил Стас. – Чего тут смешного? Да говорите, наконец – кто она, эта Катрин?!

– Портовая шлюха! – заявил Копатель.

– Что? – изумился Стас. Ему казалось, что его дурачат.

– Ага, вот в чем дело! – хмыкнул психолог. – Тогда понятно…

– Что вам понятно?! – разозлился Стас. – Хватит делать из меня дурака!

– Ну, что ж тут непонятного, – пояснил Батхед. – Мальчишка, фантазер и мечтатель, получил такие возможности… Ну, если вас лет в десять—двенадцать привели бы в бордель? Я думаю, впечатлений хватило бы не на один год…

– Совершенно верно, – кивнул Копатель, – примерно так все и было. И в окрестных водах появился зловещий корабль, названный в честь той, что оставила серьезный отпечаток душе юного капитана. Тем более что телом он здесь был вполне взрослым.

– Ну да, – пробормотал Стас. – Действительно… Тогда дело ясное: надо захватить Челнок, а следом – мчаться к этой Катрин…

– Точно! – кивнул Копатель. – Завтра, как обычно, к церкви на площади подойдет карета. Дочь губернатора будет в этой подвеске – это почти наверняка. Там мы раскроемся и заберем Челнок. А следом – вот сюда, в эту таверну…

Копатель указал стеком на дверь на противоположной стороне улицы. Аляповатая вывеска над ней изображала пышных форм девицу с двумя пенящимися пивными кружками. Корявые готические буквы лукаво именовали это заведение «Райским уголком».

– Скажите, Копатель, – сказал Стас, – а как так получилось, что вы появились именно в этом теле? Вы каким-то образом умеете выбирать тела?

– Вообще это возможно, – кивнул Копатель. – Но здесь я появился в том теле, в котором обычно здесь и появляюсь. А что?

– То есть вы не знали, что Никита и Доктор тоже были в нем?

– Что? Бр-р… Еще раз, пожалуйста…

Стас вкратце рассказал о том, как их выкупил, а следом шантажировал Док, как пытался пробиться к ним Никита. Копатель только удивленно хмыкал и пожимал плечами.

– То-то, я думаю, странно, – сказал он. – Я ведь почему-то даже не удивился – откуда вы в моем подвале? Как я вообще вас узнал с ходу? Да… Тайны Песочных Часов удивительны…

На том разговор и закончился.

…А на следующее утро ныряльщики стояли на городской площади, слушали звон колоколов и наблюдали, как тянутся на утреннюю молитву горожане. Вскоре показалась и карета. Излишне пацифистски настроенных пилигримов оставили, как говорится, на стреме, хотя и в этом качестве от них было мало толку.

– Начали! – скомандовал Копатель, которому в этом деле Стас спокойно передал всю инициативу.

Они раскрылись и немедленно ускорились. Вот приблизилась дверь кареты, вот среагировали сейверы – ими оказались кучера и пара прохожих. В карете сидел дряхлый старик в пышных одеяниях – очевидно, сам губернатор – и довольно сморщенная дама. Копатель протянул руку и сдернул с груди дамы большую сверкающую подвеску.

И тут случилось неожиданное. Дама завизжала и принялась оказывать нападавшим отчаянное сопротивление. Она видела ускорившихся!

– Отдай, негодяй, отдай! – визжала она.

Старик медленно повернул голову и растянуто, как в замедленном кино, изумленно произнес:

– Элизабет?

Копатель застыл с подвеской в руке.

– Лиза… – произнес он чужим голосом.

Сзади Батхед дрался с сейверами. Сейверы были здесь отчаянные и свое дело знали. Вокруг с реактивным гулом рассекали воздух крутящиеся шарики пуль, оставляя за собой трепещущие инверсионные следы. Раскрывшемуся ныряльщику не стоило особого труда увернуться от пули, если она, конечно, не была пущена в спину. Гораздо труднее было обороняться от сабельных ударов. Металл не выдерживал перегрузок, и клинки разлетались на звенящие обломки. И тогда сейверы кидались на Батхеда врукопашную.