В задумчивости кусаю губу.

Шэй: О мой бог, Иона, мне так жаль, что все так получилось.

Я так потрясена, что холодеет сердце. А если бы брат с соседом их не пустили, что сделали бы солдаты?

Иона: Не извиняйся, я отдала бы жизнь за такую сенсацию. По пути сообщай мне все, что сможешь. Я передам информацию своим источникам, чтобы она стала известна в сетях, так что если с тобой или со мной что-то случится, они поднимут крик.

Шэй: Иона! НЕ ГОВОРИ, ЧТО ОТДАШЬ РАДИ ЭТОГО ЖИЗНЬ!

Я в буквальном смысле кричу на нее в интернете и все печатаю заглавными буквами.

Иона: Извини; фигура речи, бла-бла. Ты уже придумала, как попасть через море на Шетленды?

Шэй: Нет.

Иона: Ты этого, наверное, еще не знаешь, только что сообщили в новостях: теперь все Соединенное Королевство на карантине. Нашу линию побережья контролируют береговая охрана и флот, и кроме того — международные силы сдерживания ООН.

Шэй: Что??

Иона: Лазейка всегда найдется; сообщалось о лодках, проскользнувших через заградительные линии в другие страны Европы. Посмотрю, не смогу ли что-нибудь посоветовать. Заходи, когда сможешь. Потом я эту заметку удалю.

Шэй: Разве это не безопасно?

Иона: Безопасно. Но я все равно удалю. Береги себя и своего здоровяка (((обнимашки))).

Шэй: (((обнимашки))).

Еще мгновение смотрю на экран, потом жму «обновить»; пост удален. Я шокирована и боюсь за Иону и ее семью. Бели Иона удаляет что-нибудь связанное с сенсационной новостью, то это означает только одно: ей тоже страшно. А она — единственная моя знакомая, которая никогда ничего не боялась.

Возвращается Кай.

— Я нашел хороший автомобиль возле пустого дома, но ключей обнаружить не удалось. Придется расширить зону поиска.

— Хорошо. Давай поторопимся.

Собрав найденные вещи и продукты, идем по другим улицам, тем, которых раньше избегали из-за огромного количества боли, излучаемой еще живыми людьми.

— Этот? — Кай кивает на темный полноприводный автомобиль. Заглядываем внутрь в надежде, что нам повезет, но увы — ключей в замке зажигания нет.

Подхожу к двери, смотрю на Кая, пожимаю плечами и стучу.

В ответ тишина, но в доме боль — даже сквозь защиту я чувствую пронизывающую все вокруг боль.

Парадная дверь заперта. Проходим в ворота, задняя дверь открывается. Заходим.

На первом этаже разгром, словно кто-то в припадке ярости швырял все, что можно. Тихо обследуем все поверхности, карманы пальто, выдвижные ящики, но ключей нигде нет. Показываю вверх на лестницу; Кай трогает меня за плечо и делает знак, что пойдет первым.

Наверху в одной из спален рядом с мертвой женщиной, обнимая ее обеими руками, лежит мужчина; это он — источник боли. У него бешеные глаза.

— Кто вы? — хрипит он. Смерть его близка, так близка, что из глаз уже сочатся капли крови.

Я выхожу из-за Кая.

— Привет. Я Шэй, а это Кай. Мы надеялись, что сможем одолжить вашу машину, но нигде нет ключей.

Он смеется. Для умирающего, страдающего от невыносимой боли, это настоящий подвиг.

— Почему я должен сказать вам, где они?

— Это еще имеет значение?

— Нет. Но это не меняет дела.

Смотрю на Кая, не зная, что сказать.

— Дело вот в чем, — начинает он. — Мы знаем, где началась эпидемия, и что кто-то спровоцировал ее. Мы собираемся найти того человека, который несет ответственность за случившееся. Для этого нам нужна машина.

Мужчина откидывает голову на сторону. Лицо его, только что искаженное страданием, внезапно разглаживается: боль миновала. Он облегченно вздыхает, и я тоже.

— Почему сразу не сказали? — Он кивает на столик у кровати. — Там, во втором ящике. Но при одном условии.

— Каком?

— Если вы его найдете, убейте ублюдка.

— Клянусь, — говорит Кай с такой решимостью в голосе, с такой ненавистью, что я делаю шаг назад. Открыв ящик, он забирает ключи.

Когда мы, выйдя из дома, заводим автомобиль, я чувствую, что его владелец умер.

Выезжаем в сторону дороги, к нам присоединяется Келли.

— Где сейчас солдаты? — спрашиваю я.

«Тот, что над озером, движется от нас, в сторону Киллина. Вам должно хватить времени доехать до съезда с дороги, прежде чем он повернет назад».

Кай выезжает из Кенмора медленно, не включая огней. Келли снова обследует дорогу впереди, и я знаю, что все солдаты в округе под нашим наблюдением и никого из них поблизости нет, но все равно сдерживаю дыхание и жду, что где-то в темноте замаячит армейский автомобиль. Но дорога пуста.