Закатываю глаза.

Ждем, пока группа студентов не подходит к двери, и следуем за ними. Отвлекаю администратора, заявив, что я пришла на встречу с аспирантом, имя которого мне назвал Кай, и спрашиваю, куда мне пройти, пока Кай проскальзывает через вестибюль. Легко и просто.

Иду за Каем по лестнице, расположенной в конце холла.

— Он на четвертом этаже, — говорит Кай.

Поднимаемся на четыре пролета и выходим в коридор.

— Его офис. — Кай показывает на дверь с табличкой: «Доктор А. Кросс, профессор теоретической физики».

Он стучит в дверь; никто не отзывается. Поворачивает ручку — заперто.

Я остаюсь ждать, а Кай скрывается за углом. Вестибюль ярко освещен; на стенах картины, представляющие собой мешанину самых безумных цветов. Каждая будто кричит: «Я очень дорогая». Неужели это обычное дело для университетского учебного корпуса?

Сейчас перерыв, и студенты переходят из аудитории в аудиторию. По всему этажу голоса, шарканье ног. Мимо проходит мужчина профессорского вида и скрывается в одном из кабинетов. Появляется группа студентов в лабораторных халатах.

Наконец из-за угла выходит доктор Кросс. Я узнаю его по снимку, который показывал мне Кай, и, кроме того, у меня такое чувство, что я встречала его раньше. Он высокий, с серебристыми волосами и пронзительным взглядом. Доктор вставляет ключ в дверь, и я подхожу к нему.

— Здравствуйте, вы доктор Кросс?

Он оборачивается и, отпирая дверь, улыбается: — Да?

— Я рассчитывала, что вы найдете время для короткой беседы. Вернее, мы рассчитывали.

— Мы?

Из-за угла выходит Кай.

Доктор улыбается все так же радушно.

— Привет, Кай.

— Привет, Алекс, — отвечает Кай, не выказывая никакой радости от встречи.

— Рад тебя видеть, хотя это немного неожиданно. У вас с матерью все в порядке? А это кто? — спрашивает он, кивая в мою сторону. У него американский акцент, хотя окончания смягчены, словно он давно живет здесь. Кросс поворачивается ко мне и снова улыбается. В нем есть что-то поразительное, некий шарм, хотя это и не совсем правильное слово. Как будто он древний и одновременно очень привлекательный, и что-то заставляет меня улыбаться в ответ. Ничего не могу с собой поделать.

— Заходите оба. Уверен, в присутствии юной леди ты будешь соблюдать правила вежливости, Кай. — В голосе его звучит мягкий упрек. — Я приготовлю чай, и мы сможем поговорить.

Он входит в свой офис, мы за ним. Пока профессор наливает воду в чайник, я обвожу взглядом кабинет.

Просторное, хорошо меблированное помещение. Чтобы иметь такой офис, нужно занимать определенную должность.

На рабочем столе фотография. Он обнимает Келисту; снято три или четыре года назад. Профессор подходит и видит, куда я смотрю.

— Моя прекрасная дочь. Келли, сестра Кая.

— Ваша дочь?

— Ты решила, если я Каю приемный отец, значит, и для Келли? Она была моей дочкой, — говорит он. Конечно: его синие глаза так похожи на ее.

Она была моей дочкой: он использует прошедшее время, и Кай ощетинивается.

— Она твоя дочь, хотя я стараюсь забыть об этом, — бросает он.

Лицо доктора Кросса становится печальным.

— Ты должен принимать то, что не можешь изменить, как научился делать я. Как бы тяжело это ни было. Прошло столько времени, мы вряд ли найдем ее.

— Откуда ты знаешь? Или тебе известно, что с ней случилось? — У Кая вызывающий резкий голос, он диссонирует с мелодичным голосом его приемного отца, спокойным и рассудительным.

— Кай, я уже не раз тебе говорил, что не знаю, где Келли. Хотел бы знать, но… — Он произносит эти слова так грустно и задумчиво. — Впрочем, ты ведь пришел не для того, чтобы снова говорить об одном и том же. И кто твоя очаровательная подруга?

Его глаза снова устремляются на меня.

— Меня зовут Шэй, — представляюсь я. — Вернее, на самом деле Шарона. — Зачем я говорю ему это? Мне никогда не нравилось мое имя.

— Ах, прекрасное имя — из классической песни!

В его взгляде невысказанный вопрос: зачем ты здесь? Смотрю на Кая. Он слегка кивает.

— Я видела Келисту после того, как она пропала.

Теперь он разворачивается ко мне — весь внимание.

— Видела? Где?

И я все ему рассказываю, в том числе и про мужчину и машину, на которой он приехал, и в которую села Келиста.

— Ты была в полиции?

— Да. Не похоже, что они питают большие надежды.

— Прошел почти год. Должно быть, очень трудно выследить этого человека и его автомобиль спустя столько времени.