Все приходит в движение и перемешивается, а потому несколько человек, уверенно шагающих вместе с огненными полосами, привлекают мое внимание. Они не паникуют – медленно продвигаются по рынку. Там, где они появляются, мгновенно вспыхивает все, что только может гореть.

– По-моему, это наши старые знакомые, – говорит Альрайен, вглядываясь в целеустремленно приближающихся людей.

– Сектанты… – невольно вырывается у меня, после чего я перевожу встревоженный взгляд на Тэана. – Ты как, чувствуешь Тьму?

– Пока нет, – он отрицательно качает головой. Но из-за напряженности, с которой произнесены эти слова, они меня не успокаивают.

– Нужно их остановить, – решительно заявляю я, раздумывая, когда лучше ударить светом и что будет при столкновении моей магии с огнем. Надо же, а раньше ведь и в голову не приходило проверить. Если я могу с уверенностью сказать, что Первозданная Тьма поглотит огонь, как и все, что в ней оказывается, то о поведении света остается лишь догадываться – это такая странная, непонятная субстанция! И чуждая.

– Остановим, не сомневайся, – самоуверенно усмехается Альрайен.

Бесконечный людской поток, огибающий наших фоаров, но после этого сразу снова смыкающийся, наконец начинает истощаться. До сих пор мы не можем даже пошевелиться, не рискуя кого-нибудь задавить, но зато верхом на фоарах мы, в некотором роде, продолжаем оставаться в стороне от сумасшедшей толпы, вернее, над ней.

Дым грязными серо-черными клубами поднимается в воздух, превращая его в едкую отраву, от которой першит в горле и слезятся глаза. С помощью ветра Альрайен отгоняет от нас большую часть удушающего дыма, но как с этим борются сами поджигатели, можно только догадываться.

Подпуская их чуть ближе, мы с Альрайеном, не сговариваясь, почти одновременно атакуем магией. На самом деле, это довольно просто. Рынок пуст, по крайней мере, основная его часть, а сектанты открыто идут по освобожденному от людей ряду, вооруженные лишь факелами. Нам даже не нужно сходиться с ними в ближнем бою, все же магия – великая вещь!

От луча света большинство противников успевает увернуться. Серьезно задевает только одного. Зато ветер застает их врасплох, раскидывая в разные стороны, как бумажные фантики. Несколько факелов при встрече с ветром вспыхивают ярче и плюются искрами, но остальные, вываливаясь из рук сектантов на каменную мостовую, быстро затухают – пламя сбивает слишком сильный порыв ветра.

На этом противники еще не повержены и активно начинают подниматься на ноги, обнажая клинки взамен бесполезных факелов. Я собираюсь повторить атаку светом, но Альрайен меня останавливает, сообщая, что его посетила гениальная идея. Ветер взвывает с новой силой и, закручиваясь вокруг озлобленных сектантов, напускает на них беспросветное едкое облако. Противники скрываются за серыми клубами, невозможно даже различить их силуэтов, но надрывный кашель, который сначала усиливается, а потом резко стихает, свидетельствует, что задумка аллира удается. Когда дым немного рассеивается, больше не сдерживаемый стараниями Альрайена, взору открываются шесть бессознательных тел.

– А теперь пора отсюда уходить, пока нас не постигла та же участь. Я не смогу долго отгонять дым.

– Подождите, я хочу кое-что проверить! – восклицаю я, когда Тэан и Альрайен уже поворачивают фоаров, намереваясь отправить их в противоположную от распространения огня сторону. Поразительно устойчивые к различного рода потрясениям животные все-таки начинают проявлять нетерпение, нервно перебирая лапами и помахивая хвостами. – Не беспокойтесь, это быстро.

Выбираю один из горящих прилавков, тот, который к нам не слишком близко. Запускаю в него лучом света, заранее готовясь к непредсказуемым последствиям. Однако ничего особенного не происходит. Свет проходит сквозь огонь, как самый обыкновенный свет, а не великая и неповторимая сила Хранителя! Я разочарованно взираю на дело своих рук, вновь размышляя, что Тьма мне все-таки нравилась больше. Она могла уберечь от чего угодно, а что же свет? Я ожидала взрыва, фейерверков, затухания пламени, любой другой магической реакции, но никак не полного равнодушия со стороны огня!

– Не знал, что сила Хранителя не способна справиться с обыкновенным огнем, – удивляется Альрайен.

Что ж, придется смириться с этим неприятным открытием. Теперь, по крайней мере, я знаю, что даже укутанной светом в огонь лезть не стоит.

– Возможно, ты просто неправильно используешь свет, – задумчиво предполагает Тэан.

С моих губ едва не срывается признание, что тьма намного лучше какого-то там света, но я вовремя прикусываю язык. Не стоит напоминать Тэану о прелестях Тьмы.

За пределами рынка творится еще большая неразбериха. То здесь, то там вспыхивает огонь. Каменные дома, в отличие от деревянных прилавков, не спешат загораться – горят люди. Среди обезумевшей от страха толпы носятся всадники с факелами, поджигая все и всех, мелькают и пешие сектанты, но здесь их намного меньше, чем всадников на фоарах.

Покидая рынок, я надеялась вдохнуть свежий воздух, однако здесь еще хуже. Хлопья гари кружат вокруг, словно стараясь забиться в легкие. Едкий дым клубится над головами и опускается вниз удушливыми облаками, а запах сгоревшей плоти щекочет ноздри, вызывая волны тошноты. Повсюду слышатся крики – испуганные или полные боли, но их перекрывает знакомый гул голосов. Сектанты, как один одетые в невзрачные черные плащи, читают заклинание, призывая Первозданную Тьму. В отсутствие темной атмосферы подземного зала, странный ритуал теряет часть своей мистичности, но на фоне сгорающих заживо людей выглядит не менее жутко и даже отвратительно.