Ульрика с радостью взяла на себя заботу о доме. Для нее это было отличной возможностью заслужить уважение и симпатию будущей свекрови. Ульрика бережно наводила уборку, каждый раз возвращая вещи на их привычные места, чтобы не раздражать Нэнси. Дэннис предупредил Ульрику о том, что Нэнси годами хранит сложившийся в доме порядок. Ульрике было нетрудно придерживаться этих правил. Она старалась готовить по рецептам Нэнси, но выходило не то. Дэннис с благодарностью принимал все, что делала для них Ульрика, а вот с Нэнси все было иначе. То рагу пересолено, то суп слишком жидкий, то чересчур густой. Угодить ей было просто невозможно. Ульрику утомляла капризность Нэнси, ведь она искренне от всего сердца старалась заслужить ее расположение.

Однажды вечером она шепталась о поведении Нэнси по телефону со Стиной. Подруга посоветовала ей попросить что-то приготовить Дэна и посмотреть на реакцию Нэнси. На следующий день, проснувшись утром, Ульрика потянулась в объятиях Дэнниса и поцеловала его в нос.

– Доброе утро, милый, – Ульрика, как кошка, носом потерлась о его щеку.

– Лучшее утро в моей жизни, – Дэннис крепче сжал девушку в своих объятиях и шумно втянул носом запах волос Ульрики.

– Раз уж я так сильно тебя осчастливила, то заслужила небольшую награду? – Ульрика умоляюще посмотрела на Дэнниса.

– Проси что хочешь, моя богиня.

– Мне нужно сделать маникюр. Я нашла место недалеко отсюда. Тебе придется сегодня надеть фартук, – сообщила Ульрика.

– Всего-то? Ты могла попросить что угодно, но попросила меня заняться готовкой? – усмехнулся Дэннис.

– Мне немного нужно, ведь у меня есть ты, – Ульрика еще раз поцеловала Дэнниса, выкрутилась из его объятий и прямо голышом отправилась в душ. Дэннис присвистнул, скинул одеяло и последовал за ней.

Первую половину дня Ульрика провела в салоне недалеко от дома. Симпатичная девушка по имени Минди сделала ей маникюр и педикюр, по просьбе Ульрики она покрыла ее ногти светло-розовым едва заметным лаком. Ульрика вытянула руку и повертела ладонью, она осталась довольна работой мастера. Поблагодарив Минди и договорившись встретиться с ней через две недели, Ульрика отправилась домой. По дороге она поговорила по телефону с мамой, но ей жаловаться на капризы Нэнси не стала. Карин и без того слишком сильно переживала за дочь. Не хватало еще подбросить хвороста в этот костер праведного материнского беспокойства.

Дома Ульрика застала Дэнниса у плиты. Он и впрямь надел фартук, как она просила. Конечно, Ульрика выразилась образно, но ей было приятно то, как Дэннис придавал значение ее словам и просьбам. Несколько секунд она с улыбкой наблюдала, как Дэн, напевая песню Бейонсе, пританцовывает со сковородкой. Дэннис обнаружил слежку, когда потянулся за крышкой для сковороды.

– О, ты уже вернулась. Дай взглянуть на свои пальчики, – он протянул руку, приглашая девушку подойти.

Ульрика протянула руку Дэннису; вместо того, чтобы разглядывать маникюр, он оставил нежный поцелуй на тыльной стороне ее ладони.

– Лучшие руки, что мне доводилось видеть, – похвалил Дэннис.

– Ты даже не взглянул, – шутливо упрекнула его Ульрика.

– В этом нет необходимости. Они будут лучшими даже с землей под ногтями.

Крышка на сковородке запрыгала, и Дэннису пришлось вернуться к готовке. Спустя пару минут рагу было готово, и Дэннис поднялся к маме, чтобы отнести ей обед. Ульрика бесшумно поднялась за ним, но остановилась на предпоследней ступеньке, чтобы услышать, о чем они говорят, и не выдать себя.

– Она что, снова забыла посолить? – возмущенно спросила Нэнси.

– Сегодня я готовил и вот этими самыми руками добавлял соль, – спокойно ответил Дэн.

– Прости, милый. Мне просто показалась, – Нэнси сменила гнев на милость.

Ульрика услышала, как ложка снова звякнула о тарелку, и спустилась вниз. Того, что она услышала, уже было достаточно. Теперь она наверняка знала, что Нэнси относится к ней предвзято или даже недолюбливает. Ульрика села за стол и опустила голову на ладони. И что же ей делать? Как заслужить расположение этой женщины? Какое будущее их ждет с Дэннисом, если она не сумеет наладить отношения с его матерью? Но вслух эти вопросы Ульрика так и не задала. Когда Дэннис спустился вниз, они пообедали и остаток дня провели в постели, листая каталоги с кольцами и свадебными нарядами. Ульрика так и не решилась спросить Дэнниса, говорил ли он с матерью снова о помолвке и не в ней ли причина ее болезни. Дэннис тоже не поднимал эту тему, по всей видимости, он вообще не замечал странностей в поведении матери или попросту не придавал им значения. С возрастом портится не только зрение, но и характер. Старикам постоянно делают скидки на их выходки.

Позже Ульрика поделилась со Стиной результатами их проверки, и обе убедились в том, что без серьезного разговора тут не обойтись. Дни складывались в недели, недели в месяцы, а Ульрике так и не удавалось поговорить с Нэнси. Как только они оставались наедине, стоило Ульрике открыть рот, и Нэнси сбегала, ссылаясь на разные дела. Она полностью оправилась после своего приступа, иногда они ужинали вместе, разговаривали о разных мелочах, но о помолвке речь больше не заходила. Между тем в комоде в гостевой спальне уже лежала красная бархатная коробочка с обручальными кольцами.

До свадьбы оставалось чуть больше двух месяцев. В визовом центре Дэннис с Ульрикой переоформили визу с туристической на визу невесты, которая позволяла продлить ее пребывание на территории США до заключения брака. Работать официально Ульрика пока не могла, поэтому нашла себе подработку, она не хотела сидеть на шее у Дэнниса, да и с Нэнси отношения не ладились. Ульрика думала, что если они станут реже видеться, то, может, Нэнси немного смягчится. Ульрика устроилась в семью шведских эмигрантов, чтобы учить языку их детей. Они родились в Америке, немного понимали шведскую речь, но говорить не могли. А родителям недоставало ни времени, ни терпения, чтобы заниматься с двумя сорванцами. Ульрика была рада снова вернуться к работе с детьми.