Встала и поплелась в ванную. К счастью, шинигами не караулил меня у двери, я спокойно сползала помыться и привела себя в более или менее нормальный вид. Ну как нормальный? Смотрю на себя в зеркало и вообще не понимаю, как я стала такой бледной? Что со мной происходит? И как выбить из шинигами правду? Он, конечно, все продолжает заверять меня в том, что все в порядке, но вдруг ему просто надо для дела?

Возвращалась к себе, когда внезапно заметила Такеру, который ставил возле моей двери очередной пакет с едой. Сначала хотела спрятаться, сбежать, но потом подумала: а я-то чего? Это он меня избегает.

Такеру пристроил пакет, выпрямился и хотел уже уходить, когда напоролся на меня взглядом и испугался. Не ожидал, оно и понятно. Но ничего не поделаешь. Сам выбрал от меня бегать.

— Доброе утро, — неожиданно вежливо поздоровался со мной он.

— Доброе, — поприветствовала я его в ответ.

Он кивнул мне в знак приветствия, помялся на месте, а затем собрался уходить. Не знаю, что меня сподвигло, но я предложила:

— Не хочешь кофе попить?

Такеру замер, замешкался, колебался недолго. Я не ожидала ничего, если честно, но внезапно он кивнул. Попросила его подождать, не очень-то рассчитывая, что он не сбежит, зашла к себе и оделась. Но к моему удивлению он не сбежал, и в итоге мы отправились в кафе неподалеку, где взяли кофе, пару пирожных и сели за столик у окна. Погода была умиротворяющей, бури будто вовсе не существовали.

— Как ты себя чувствуешь? — Испытывая явное чувство вины, поинтересовался Такеру.

— Не скажу, что идеально, но хотя бы не падаю в обморок, когда встаю на ноги, — хмыкнула я шутливо.

Такеру разглядывал стаканчик с кофе так пристально, будто намеревался увидеть на нем карту галактики.

— Прости, — извинился все-таки он. — Что бросил тебя.

— А почему ты бросил? — Поинтересовалась я.

Он поднял глаза на меня, будто проверяя мою реакцию, подумал недолго.

— Мой… отец запретил тебе помогать, — признался он, а я удивленно вскинула брови. — Он, конечно же, узнал, что мы ходили с тобой и у всех спрашивали про исчезновение студентки.

— Ты думаешь, он к этому причастен? — Слишком опрометчиво выпалила я, совершенно не подумав.

Зря. Такеру не просто взъелся на меня, взглянул воинственно, готов был порвать на кусочки за то, что я только что сказала.

— Мой отец уважаемый и глубоко почитаемый Президент университета, который стоит во главе этого учебного заведения уже двадцать пять лет. За все время не случилось ни одного серьезного инцидента, все специалисты получили высокооплачиваемую работу, а многие даже работают в правительстве!..

— Такеру, — прервала я, — это не обвинение. Я просто не понимаю, что именно тебе сказал твой отец.

Такеру чуть сбавил обороты (я уже опасалась, что он сейчас мне врежет или плеснет кофе в лицо), вздохнул, все равно остался недовольным.

— Когда мы стали выяснять причины исчезновения студентки, он сам взялся за это дело и все хорошенько проверил. Но, как и мы, он ничего не нашел. Вообще ничего.

— И он сказал тебе бросить это, — подытожила я.

— Нет, все не так, — Такеру снова почти огрызнулся, я замолчала, ожидая дальнейших объяснений. — Дело в другом. Я сказал тебе, что мой отец отлично управляет университетом, но я не сказал, что этого недостаточно, если кто-то хочет посеять сомнения и подорвать авторитет моего отца.

— Что это значит?

— Не все студенты, кто не справился с экзаменом, остались этим довольны. Есть те, кто имеют достаточно влияния, чтобы распространять злые слухи и обвинять моего отца в том, чего он никогда в жизни бы не совершил. Время расставляло на свои места, но людей слишком много и у них бывают обиды и амбиции.

— Так вот, почему наша система дала сбой, — поняла неожиданно я, Такеру лишь быстро глянул на меня в ответ, будто в подтверждение. — Хочешь сказать, после того, как твой отец выяснил, что Нацуэ вообще не существует, он решил, что я просто пытаюсь обвинить его в том, чего не было? Сею смуту, так сказать? — Такеру вернулся к виноватому выражению лица, когда глянул на меня. — Ладно. А что думаешь ты?

Тишина. Ясно. Опустила голову и вздохнула. Этого следовало ожидать. А что? Мы разве с Такеру лучшие друзья? Нет. Встречаемся? Тоже нет. Мы друг другу никто и у него есть все основания меня подозревать. К сожалению.

— Тогда… зачем ты носишь мне подачки? — Отращивать броню бывает сложно, но если обстоятельства заставляют. Снова подняла глаза и взглянула на Такеру, он следил за моей реакцией внимательно. — Зачем ты каждый день оставляешь еду у моей двери?

— Ты… не здорова…

— Ну и что? Сдохну и тебе же легче будет.

— Не говори так! — Такеру разозлился. — Может быть, мы не знаем друг друга хорошо (верно подмечено), но я не собирался бросать тебя только потому, что мой отец подозревает тебя.

— Не он один.

— Риса…

— …мне не нужно это, Такеру. Да, я знаю, доверие ко мне — это роскошь, но я просто хочу найти Нацуэ. Я не обвиняю ни тебя, ни твоего отца ни в чем. И уж тем более университет! У того храма больше причин думать, будто я вышла на тропу войны, в конце концов Нацуэ пропала где-то в лесах рядом с ними. Мне просто нужно было узнать правду.