Собрались довольно споро, всем было интересно послушать, чего удумал молодой князь.

Княжье повеление провести осенний призыв! Все мужчины достигшие 14 лет и не старше 20 призываются на время осени в столицу княжества! Те семьи которые останутся без сыновей и мужей получают содержание от казны.

Далее начался, какой-то не прекращающийся ад! Их собрали в колонну и погнали в сторону города. Когда они дошли, сразу поселили в большом и длинном доме с двойными рамами*.

(*рамами не нужно думать, если нет стекол, то не было рам и оконо. Просто в окна вставляли мочевые пузыри свиньи или КРС в зависимости от размеров окна. Двойные рамы делались с целью, дабы люди не мерзли)

Затем по 10 человек погнали в баню, одежу приказав снять на пороге, одежду кидали в костер, а самих селян подгоняли древками копий не реагируя на возражения. В бане стригли головы, затем загоняли мыться. Помывшись их выгнали из бани и выдали добротную и одинаковую одежду.

Приказали построиться, селяне встали, как умели. Вперед вышел мальчишка лет 12.

Я Ждан ваш десятник и волей нашего князя ваш отец и мать в одном лице, вы будете делать, что вам указано! Но мы сделаем из вас солдат!

— А что такое солдат? Робко спросили из толпы.

— Это такие вои особые, что могут вражью дружину побить, но сами хуже дружинников.

— Помещики что ли? Снова спросили из толпы.

— Тебя умник помещу на кухню репу чистить! Сказал солдаты!

Дальше показалось жизнь налаживается их погнали обедать, кормили вкусно, обильно с мясом и рыбой.

Вот только опосля обеду заставили бегать, приседать с грузом и даже зачем-то подтягиваться на палке на двух толстых столбах. Когда все устали и вымотались, повели вечерять и снова пища была вкусной и обильной.

Опосля спрашивая друг дружку, что сие было народ улегся спать, но утром издеваться продолжили. Проснулись они как сельские парни чуть раньше подъема, слово-то придумали, их погнали бегом в столовую, кушать. Затем на площадь зачем-то учиться строиться по росту и правильно ходить. Будто они малыши какие и ходить не умеют.

Ратибор и возразил молодому десятнику Ждану, а дайте мне копье, зачем издеваться?

— Может вам всем копья дать? Чтобы вы не умея в строю стоять друг дружку искалечили?

— Тебя бы я покалечил… Пробурчал Ратибор.

— А что давай?

Сначала Ратибор подумал сопляк шутит, но им подали 2 копья кто-то из старших дружинников, правда без наконечников и разрешили бой. Дальше был, какой-то позор. Хотя может и не такой сильный? Он-то пусть малолетка и года на 4 помладше будет, но в младшей дружине, потому и умеет так двигаться и копьем бить.

Но Ждан жестоко отмстил, вот же немощь безмозговая! Они же по честному дрались! Когда все пошли спать, Ратибора, как «залетчика» пререкающегося с десятником погнали репу на всех чистить. Там были и другие парни из таких же «залетчиков», но ничего они в веси жили, чай не городские какие за пару часов управились и спать пошли.

Утром Ратибор не выспался, но вместе со всеми шагал с левой ноги, где лево и право им быстро объяснили. Причем не на площади и зачем тогда та дурацкая площадь нужна? Возле столовой, когда надо было забегать по одному сделав левое плечо вперед!

Жрать после физический упражнений хотелось, что твоему волку в голодную зиму, хоть и кормили на убой, а хочешь добавки попроси, не откажут.

Где-то через неделю Ратибор подумал, а в целом и ничего, только как там его домашние, жена, детишки малые и состоялся у них разговор со Жданом.

— Прости десятник, про детей беспокоюсь о жене, нельзя мне домой?

— Ратибор ты ито дурак аль притворяешься?

— Это ты мне за ту драку с копьем мситишь! Насупился Ратибор.

— Вот я и говорю дурак! Даже если побил бы меня, хоть и не мог, честь тебе и хвала, то не драка была, а тренировка!

Злости у меня к тебе нет, ты справляешься лучше многих в десятке. Но зачем ты зла детям своим малым желаешь?

— Чегойт зла-то? Добра им хочу.

— Да пока ты тут, твои дети едят до пуза, не хуже, чем ты здесь и жена с родителями тоже так питаются. Ты же как вой князя на полном коште пока в городской казарме.

Домой вернешься тебе 5 рублей дадут! Купишь жене, детишкам, отцу с матерью подарки, да не сельским дурачком, а солдатом Липецка, уважаемым воем. И добавил странное слово дембелем.

— А дембелей любая девка любит, потому, что дембелю больше не нужно служить в армии…

— Да где ж мне воевать? Мы люди мирные…

— Ты хазаром то объясни, как нападут, а чему здесь научился, тебе, да товарищам твоим жизни спасут.

— Ага, как же, тебя вон на копьях одолеть не могу, куда мне супротив дружинников?