Уже через десяток шагов Всадникам пришлось достать запасные рубахи и накрутить их на лицо, потому как к фокусам Несущего хаос пакостные кровососы оставались абсолютно равнодушными, игнорируя пропавшую картинку и звук и ориентируясь исключительно на запах взмокших тел.

***

— Ты смотри-ка, какие кровожадные.

— Ашту, мне не нравиться твое восхищение этим зрелищем.

— Да ладно тебе, любопытно же.

— Угу, что может быть любопытнее кровавого безумия.

— И это говорит мне Несущий смерть?

— Ты правильно заметил — смерть, а не безумие!

Перед застывшими в удобном укрытие Всадниками разыгрывалось поистине странное зрелище.

Между гигантскими стволами местных деревьев была вытоптанная до черной земли поляна. Ее чужеродность подчеркивала сочная зелень, выступавшая неким заборчиком отделяющим безумие от остального мира. В центре черного круга торчал вкопанный толстый столб, украшенный черепушкой неизвестного Всадникам животного, выбеленной погодой и временем. От столба в стороны шли пять расписанных белыми письменами секторов. На краю каждого стоял еще один столб, потоньше. И украшения на них были более привычными — человеческие черепа. Вся эта прелесть заключалась в начерченный алой краской, или не краской, круг.

На краю поляны, в деревянной клетке, связанной толстой зеленой веревкой, верещали и причитали люди. Всадники даже переглянулись, удостовериться, что видят то же самое. Люди, которых здесь быть не должно, по словам служек, не мерещились.

Вокруг рисунка стояли пятеро низких существ с темно-серой кожей. От земли до самой лысой головы они были закутаны в шкуры, судя по их цвету, свежие и мясом наружу. Существа заунывно подвывали на одной ноте. В следующее мгновение они опустились на колени и вновь встали, а охранники у клетки, такие же низкие, худые существа, только одетые лишь в набедренную повязку и какие-то побрякушки на шее, вытащили из клеток пятерых пленников. Подвели сопротивляющихся жертв к «шкурам» и, дождавшись пока те что-то нарисуют у испуганных и вырывающихся жертв на лбу, втолкнули в сектора рисунка.

Когда каждая жертва заняла свое место, существа вновь завели песнопения. Дальше произошло действительно странное. Сперва жертвы опустились на колени, затем их грудь будто взорвалась изнутри, обрызгав срединный столб плотью и кровью. После все еще судорожно подёргивающиеся люди упали на землю и медленно будто втянулись в нее.

И все пошло по кругу.

— Знаешь, Ашту, я конечно могу предположить, что тебе интересно понаблюдать за происходящим, но мы рискуем поучаствовать в этом веселье. Слишком близко мы подобрались.

— Не заметят, — задумчиво шепнул Ашту, не отводя взгляда от происходящего. — Но мне действительно интересно. Интересно, что за тварь это делает.

— Местный божок, — нехотя предположил Анвар.

— Божок, — задумчиво протянул Ашту. — Тогда знаешь что, Анвар, идем-ка мы отсюда. Причем быстро.

На недоуменный взгляд Анвара он ответить не успел. Из-под земли тонкими черными нитями вырвался туман.

— Твою мать! — поприветствовал Анвар это появление тоскливым восклицанием.

Ашту, еще как-то умудрившийся сделать виноватый вид и пожать плечами, откатился в сторону от попытавшегося его схватить жгута. Анвар, стиснув зубы в попытке не высказать другу все что думает о его любопытстве, успел выхватить ромфею и полоснуть потянувшееся к нему щупальце.

Получив удар, оно вздрогнуло, замерло и рассыпалось дымом. Зато рядом из-под земли выбились еще два. Причем, как показалось Анвару, тот, кто их посылал на его выходку разозлился. Анвар без труда представил себе злобное шипение засевшего под землей монстра, с удивлением разобрав, что слышит его на самом деле, а не только в своем разуме.

— Ашту? — зло зарычал Анвар, отмахиваясь разом от пяти бросившихся к нему щупалец.

— Не тронь их. Уворачивайся, — успел бросить Ашту, словно крыса проскальзывая мимо черных жгутов.

Анвар зло выругался, но ромфею спрятал, а сам извиваясь подобно противнику пытался убраться подальше.

Заинтересованные коротышки, приносившие спрятанному под землей жертвы, подтягивались все ближе с неприятным, кровожадным любопытством ища глазами того, на кого так разозлился их повелитель.

— Анвар!

Отчаянный крик Ашту отвлек Анвара от хлеставших пространство «рук». Оказалось, щупам удалось схватить незадачливого адруга. Следом за первым к попавшейся жертве кинулись и остальные части невидимого бога и, обвив тело, пытались втиснуть его в землю. Сжатый Ашту все сильнее краснел, стискивая зубы.

Досадливо дернув щекой, Анвар крутанулся и вновь извлек ромфею. С ней, по крайней мере, можно было этот туман развеять, пусть и размножив его.

Не останавливаясь ни на мгновение, Анвар подлетел к хрипящему другу, полоснул клинком в опасной близости от его тела и так же быстро вскочил, убираясь от конечностей обиженного бога.