— Слушаю Вас.

— Министр внутренних дел Палий. Вот этот человек, его окружение, все чаще возникает в наших разведовательных сводках.

— Прикажете организовать скрытое наблюдение?

— Ни в коем случае. У него отличная охрана, она сразу засечет «топтунов». И не забывайте, что этот светский лев и сибарит, еще десятилетие назад был блестящим сыщиком, разгромившим не одну банду и лично задержавшим множество особо опасных преступников. У таких людей есть развитое чутье на опасность. Здесь надо действовать тоньше, Петр Георгиевич.

Военный министр задумался, достал портсигар и прикурил папиросу «Осман»

Алексеев молчал, ожидая продолжения разговора.

— Будем действовать, сугубо официально. Генерал Толстой из жандармерии неофициально сообщил о бойне в деревне Пирогово Дмитровского уезда, где были обнаружены трупы офицеров полиции из разных подразделений центрального аппарата МВД. Что они там делали и как оказались рядом с трупом международного террориста Сальникова-Нитро — вопрос, очень интересный. Жандармерия уже начала расследование по этому факту. Управление внутренней безопасности МВД, генерала Мартыненко ожидаемо засекретило всю информацию.

— Мартыненко, человек Палия?

— Естественно. Глава губернского следственного управления — кадет Ростовцев, сибиряк, человек верный президенту Кулешову. Думаю, президенту невыгодно сейчас разжигать страсти вокруг главы МВД и он постарается максимально поддержать Палия.

— Но прокурор губернии, Анатолий Черноглазов, из офицеров.

— Юнкерское братство? Какое училище заканчивал?

— Как и вы, Киевское имени Котляревского. Только на два года позже. Командный факультет. Потом военно-юридическую академию.

— К нему есть подход?

— Да, Денис Викторович. Его супруга, Серафима Павловна в девичестве фон Будберг….

— Уж не сестра ли генерал-майора Евгения фон Будберга, командующего московским корпусом ПВО?

— Точно так…

Бородин улыбнулся.

— Петр Георгиевич, вы организуйте мне встречу с генералом Будбергом и его супругой. Думаю прокурор Черноглазов, возьмет это скользкое дело под неусыпный контроль и не даст МВД его замять. Это то, что нужно сделать в ближайшие дни.

Перспектива. Округ Панков. Берлин. Германская Демократическая Республика. 16 мая 2001 года.

Южный городской округ Панков, где в ухоженном и по настоящему лесном предместье пятимиллионного современного европейского города со времен геноссе Тельмана, селилась партийная и государственная элита социалистической Германии наслаждаясь относительным покоем и свежим воздухом.

Внеочередное заседание Совета обороны, началось на вилле нынешнего канцлера ГДР, Ханса Модрова, сменившего ушедшего на пост генерального секретаря СЕПГ, Бруно Ольбрихта. Сам геноссе Ольбрихт, категорически не любил устраивать совещания на своей вилле, предпочитая здание ЦК в Лихтенберге, но в данный момент время не терпело и заседание ЦК, пришлось принимать канцлеру Модрову.

Один за другим, черные, похожие на акул «Мерседесы», останавливались у входа в виллу, высаживая пожилый, представительных мужчин, которые степенно, словно купцы-миллионщики поднимались по лестнице и исчезали в просторном холле.

В отличии от Совета Министров где присутствовало более двух десятков человек, состав Совета обороны, состоящего из самых влиятельных фигур Германии насчитывал всего семь человек, но зато каких!

Помимо самого Генерального секретаря СЕПГ, Бруно Ольбрихта, хозяина виллы, и главы правительства Ханса Модрова, присутствовал член ЦК и секретарь по идеологии, Дитрих Розенфельд, министр обороны генерал-оберст Курт Хаазе, начальник Генерального штаба ГДР, генерал — оберст Эрвин Реттингер, министр госбезопасности, генерал-оберст Отто Винкель, секретарь ЦК по промышленности Манфред Флегель. В качестве приглашенного гостя, на заседании присутствовал советник Генерального секретаря по вопросам международного сотрудничества геноссе Маркус Вольф.

Естественно, заседание открыл сам Генсек, отпив из стакана глоток подогретого молока.

— Геноссе, снова приходится поднимать польский вопрос. Срыв поставок сельскохозяйственной продукции из-за блокады польскими националистами пропускных пунктов на границе, создает опасность срыва заготовок к будущему осеннее — зимнему сезону. Несмотря на давление нашего МИД, польское правительство не идет на уступки, и не хочет приструнить своих экстремистов.

— Расстрел рабочей демонстрации в Лодзи, это уже слишком, геноссе. Так себя даже колонизаторы в колониях не ведут. Предпочитают слезоточивый газ и резиновые пули.

Заметил шеф «Штази» Отто Винкель.

— Геноссе Винкель! Ваше ведомство должно знать, что происходить у нас под носом. Вам напомнить, что значит поставки продукции сельского хозяйства для германских граждан? Недовольно спросил главу МГБ, Ханс Модров.

— Половина выпекаемого хлеба в Германии- состоит из польской и русской муки. Почти треть картофеля, сорок процентов капусты — вот что такое Польша. Теперь — все это заблокировано на границе. Еще неделя — в Берлине, Мюнхене и Гамбурге, начнутся перебои с хлебом.