— Это интересно, господа но прошу вернутся к теме совещания. Поправил военных Бородин

— Да, прошу прощения. Севастьянов покосился на Дубровина и продолжил. Создание тылового оборонительного рубежа на Луаре и вывод из под угрозы окружения второй и третьей полевых армий, позволит Франции восстановить линию фронта, сейчас разорванную в двух местах. Позволит подтянуть стратегические резервы и развернуть второй эшелон дивизий. Думаю, французам удастся стабилизировать фронт и временно остановить наступление Фольксвера.

Докурив и погасив папиросу, как бы не к кому не обращаясь, Бородин спросил.

— Как насчет операции «Аркона», господа? Мы же для этого здесь собрались, не правда ли?

В зале наступила полная, можно сказать мертвая тишина, которую нарушало мерное тиканье массивных еще с царских времен часов с маятником.

«Аркона»….этот стратегический план, удара в спину Германии и её союзниками, если она увязнет в войне на западном фронте.

— У нас развернуто 73 пехотных дивизии в первом стратегическом эшелоне. Еще через пятнадцать дней у нас будет развернуто дополнительно сорок дивизий. И это не считая Гренадерского корпуса и отдельных танковых и стрелковых бригад. Отчеканил Дубровин, вытянувшись, как портупей-юнкер.

— Отлично и сколько развернуто отдельных танковых бригад?

— Пятнадцать из двадцати пяти….

— Причем пять бригад развернуто только три месяца назад …

— Господин министр. Денис Владимирович. Фольксвер насчитывает на востоке 27 дивизий, из них четыре панцер-дивизии, плюс двадцать дивизий австрийских и венгерских союзников. Итого сорок семь дивизий…У нас через две недели будет сто пятнадцать…Это более чем двукратное превосходство.

— То есть, Анатолий Дмитриевич, вы считаете возможным начало операцию «Аркона»?

— Да. Возможно сейчас, лучший момент для разгрома ННА ГДР … этот момент может не повторится.

— Какой из вариантов «Арконы», предполагается наиболее перспективным, Генштабом?

— Вариант три. Наиболее перспективно, южное, балканское направление. Удар по Румынии лишит противника нефти, откроет для наших войск «мягкое подбрюшье» Германии…

Бородин вздохнул и прошелся вдоль длинного стола.

— Для того, что бы выдавить из Галиции, корпус генерала Зюле из трех дивизий нам потребовалось девять пехотных дивизий, четыре танковых бригады, парашютная и стрелковые бригады. То есть мы имели четырехкратное превосходство, которое принесло нам тактический успех…А теперь, вы Анатолий Дмитриевич, хотите воевать с двукратным превосходством? Откуда такая смелость, господин генерал? У нас бронетанковые силы развернуты лишь на две трети, промышленность и юнкерские училища не справляются с потребностями военного министерства по предвоенной подготовке…

— Немцы и их союзники не отобьют удар сотни дивизий, Денис Владимирович…Не сейчас. Три четверти фольксвера и люфтваффе задействовано на западе Европы.

— А готовы ли пути сообщений Киевского, Одесского и Виленского округов к регулярному снабжению сотни дивизий Действующей армии?

— Нет. Категорическим тоном заявил скромно молчавший Таубе. Максимальные возможности обеспечения железнодорожных узлов юго-западного направления составляют не более 50 стандартных пехотных дивизий. Работы по расширению дорожной сети частями Железнодорожного корпуса выполнены на половину от первоначального плана.

— Причины? Резко спросил Бородин.

— Не хватает людей. И техники…В первую очередь рекруты и вольноопределяющиеся отправляются на укомплектование дивизий первого эшелона, а не частей обеспечения.

— Что с прицелами ночного видения? Для бронетехники и артиллерии?

— Укомплектованность танковых и артиллерийских полков ПНВ, достигает 60 %, Денис Владимирович.

— Отлично. Но что то мне подсказывает, что немецкая бронетехника укомплектована ПНВ на 100 % и может, теоретически вести боевые действия круглосуточно. Это так?

— Так точно..

— Тогда у меня к вам, как начальнику Генерального штаба и первому заместителю военного министра один вопрос. Как черт возьми, вы собрались реализовывать стратегический план «Аркона» в таких условиях? Без боеготовых и развернутых бронетанковых бригад в нужном количестве? Без возможностей коммуникаций и линий обеспечения?

— Позвольте, господин министр. Снова подал голос Таубе. Главный вопрос не в этом. Наша военная промышленность еще не вошла в процесс мобилизации. По подсчетам Научно-технического комитета, перестройка промышленности на военное время потребует не меньше пятнадцати месяцев. Это в случае, если мы начнем действовать уже завтра. По десяти критическим направлениям, от выпуска транзисторов, до ракетных гироскопов и запчастей к ТРД самолетов — мы отстаем от Германии. Выпуск воздушных торпед, баллистических ракет составляет не более 30 % от запланированных. Как правильно заметил Анатолий Дмитриевич — не хватает. Не хватает инженеров, квалифицированных рабочих, производственных мощностей. Это может дать только мобилизация промышленности. А это, господа — уже политическое решение…

— В данной ситуации, продолжил невозмутимо Таубе, лично я считаю проведение «Арконы» — авантюрой. Несмотря на всю выгоду нашего тактического положения на сегодняшний момент, наше стратегическое положение в новой реальности не самое лучшее. Стратегический союз Берлина и Лондона, изменил всю расстановку сил в мире. Теперь господа — Францию уже нельзя воспринимать всерьез. Это — битая карта. Париж падет и это психологически сломает французов. Через десять — пятнадцать дней Франция заключит с Берлином перемирие.