Эосфорос внезапно остановился и отойдя на пару шагов назад начал смотреть в небо, обеспокоенно дергая головой из стороны в сторону. Казалось, что-то напугало его и заставило отвлечься от боя, посчитав таинственный облик более важным. Заинтересованные зрители так же направили глаза ввысь, за ними последовал и Селегал. Рассматривая затянутое облаками и дымом небо своим острым зрением, каджит не заметил ничего подозрительного. Вряд ли пара птиц может хоть как-то повлиять на ход боя или как то напугать Эосфороса. Селегал лишь с еще большей злобой посмотрел на Эоса, который все ни как не мог насмотреть и воспользовавшись шансом напал на противника.

Эосфорос с ног до головы покрыт плотно прилегающими доспехами, которые по структуре напоминали полированный камень, а слабые места скрывались под плащем, но его шея осталась не прикрытой. Копье тут же помчалось в неприкрытую броней глотку. Эос почувствовал как в горле защемило и моментально отвел острие копья в сторону.

— Что он творит мать вашу! — Удивленно проорал вервольф, наблюдая за тем, как Эосфороса начали теснить.

— Твою мать, он же чуть не сдох! — Подключилась и Софи.

Хорас, напротив, оставался спокоен и молча наблюдал за неожиданно растянувшимся боем, а затем задумчиво сказал.

— Кажется он что-то видел в небе…

— В небе? Но там же ничего нет! Верно же, я ведь ничего не упускаю?

— Нет, ничего ты ничего не упустила, я просканировал все воздушное пространство над Зендером и не обнаружил ничего подозрительного.

— Тогда какого хрена он творит? — Разозленная Софи продолжила наблюдать за боем.

— Возможно он может… — "чувствовать то, чего не чувствуют другие", Хорас не стал произносить это вслух, посчитав эту теорию слишком необоснованной, ведь о предвестниках до конца не все известно, к примеру, как они попадают в этот мир. Сколько бы Хорас не ломал голову над этим вопросом, сколько бы сотен лет он не потратил решая эту головоломку, ответа он так и не нашел.

Селегал наносил один удар за другим, некоторые атаки проходили, но задевали лишь элементы доспехов и не наносили противнику никакого урона, ему оставалось лишь дожидаться момента, когда защита Эоса ослабнет, но он все никак не ослаблял бдительности. Каджиту это все уже надоело и тогда он прекратил атаку и быстро отошел назад на несколько метров. Эос не торопился нагонять его, вместо этого он прислушался к одному из зрителей.

— Карантир! Где твой сраный Карантир! Помни, я на тебя сотню лир поставил!

Каджит не стал обращать внимание на рычащий голос, вместо этого он начал раскрывать свое копье. Ткань, что скрывало древко копья опало на землю, теперь каджит держал в руке не простое оружие, древко было исписано различными рунами, от одного конца к другому. Селегал пустил по этим рунам внутреннюю тауму и те начали светиться ярко-голубым цветом.

— Карантир блять! Карантир используй сукааа!

Вновь послышался грубый голос, но Эос все еще сомневался, не решаясь использовать меч. Его способности в использовании такого оружия все еще сомнительны, но копье каджита заставляет принять это решение. Эос вложил стилеты в ножны и вместо них обнажил серебристый меч так же испещренный руническими символами и которые так же начали светиться ярко-голубым цветом.

Каджит недовольно ухмыльнулся и начал вращать копьем над своей головой, медленно подходя при этом. Эос в свою очередь стоял на месте, что несколько смутило кота, но тот ничего не заподозрил. Копье запитанное таумой сможет легко пробить его доспехи и даже разрезать их, в этом Селегал был уверен, но он так же не терял бдительности смотря на такое же руническое оружие своего оппонента.

Эос, который до сих пор стоял в застывшей позе, дернулся в сторону каджита, чем спровоцировал того нанести удар с огромной скоростью. Тот противопоставил Карантир в сторону ожидаемого удара. Кот разочарованно посмотрел на своего противника, резко крутанул копье и перенаправил его в другую сторону. Селегал был уверен в этом последнем ударе и уже предвкушал вкус победы на своих устах, но именно этого Эос и ждал. Лезвие Карантира одним движением понеслось на встречу и в один миг врезалось в древко копья. Острие по инерции пролетело пару метров, после чего упало не землю.

Селегал стоял в шоке и неверя в происходящее смотрел на обрубленный кусок своего копья. Шок моментально сменился пламенным гневом, направляя на своего врага гневные глаза с широко раскрытыми зрачками. Эос немедля поднес Карантир к шее кота и ни что не мешала ему нанести последний удар в его жизни.

— Ну чего ты мешкаешь, давай! Убей меня! — Селегал говорил с гневным шипением в голосе.

Эос посмотрел на кота с интересом, он увидев в его глазах бесстрашие, что не вольно вызвало у него уважение к этому каджиту. Убивать его он не стал, убрал Карантир в ножны и уже было хотел развернуться и уйти, но на последок он сделал подарок недоумевающему каджиту. Эос резко развернулся и замахнулся кулаком, который смачно прилетел в колючую шерсть на лице.

Каджит и среагировать не успел как всем телом повалился на холодный снег. Шумных оваций или проклятий в сторону Эоса не последовало. Трибуны молчали и лишь осудительно смотрели на имперца, от зрителей исходил лишь сгусток негативных эмоций, атмосфера в миг стала негостеприимной. Один только вервольф сильно выделялся на фоне остальных.

— Дааа!.. Так это чертового кошака! Теперь тысяча лир мои! Ахахаха!.. — Клык вскочил с места и начал радоваться победе и легко заработанным деньгам, но пожалуй больше всего его радовал проигрыш Селегала.