Затем, вплоть до настоящего времени, интересы его компании тесно соприкоснулись с миром арабских государств, имея эксклюзивное право на доставку и торговлю между европейским миром и миром желаний Востока и Азии, в сторону полного взаимопонимания желаний и возможностей друг друга. Посреднеческой деятельностью Олаф не ограничивался, так как наследство, доставшееся ему от отца, требовало неусыпного контроля, поэтому совершив “сделку века”, он связал “Суми” с одним из крупнейших поставщиков сырья на рынки “продвинутых” государств, чем обеспечил безбедное существование себе и своим детям. Минуя основное правило дельцов “располагаться в эпицентре финансовых артерий”, его офис осел в родном Ольборге, что безусловно подталкивало увлеченную Кати поддаться унынию по части бесславно прожитых лет, голос Абу заставил ее встрепенуться. Ведь то, что он заметил, могло сбить с ног любого человека.

На одном из снимков симпатичный мужчина приобнимал Симону Арзо, настоящая фамилия Чуча, которая являлась членом крупнейшей компании “Сообщество Омаров”, организации с многолетним стажем работы на рынке деликатесов, а в свободное время, первой жены принца Атияра, занимающего кресло начальника внешнеэкономической деятельности Республика Ирак, с которым Абу Фахт был знаком лично, и до сих пор не мог выветрить из своей головы запах страха, что исходил от данного человека.

Зал Королевского дворца в Монако оказался заполнен до отказа. Сам принц принял приглашение Крэйга Стэплса, чтобы воочию лицезреть триумф знаменитого спортсмена, который своими победами внес весомый вклад в процветание фигурного катания для простого зрителя, что также не обошел стороной выступление знаменитого фигуриста, водрузившись плакатами с именем любимца,– “Крэйг мы тебя любим”, “Я буду твоей Крэйг”, “Крэйг ты лучший”.

Заиграла мелодия из увертюры “Посвещение любви” и поцеловавшись по-отечески с Майклом, в костюме возлюбленной рыцаря, что уехал на войну, оставив на ней лишь свой поцелуй, скрепленный замком в интимном месте, ключ от которого детектив Нэс Хойна спрятал в нагрудном кармане фирменного пиджака охранника, триумфатор выкатил на лед. Грустная песня про отвергнутых влюбленных задела за живое весь зал дворца. Зрители выпячивали свою грудь вперед, кто-то даже умудрялся расстегнуть брюки, чтобы поддержать спортсмена, на что Крэйг реагировал очередным бауэром или бильманом.

Очередной заход на комбинацию прыжков, и весь зал заходился в овации в честь удачного приземления того. Чувствуя поддержку, чемпион невольно вспоминал про незапланированное катание с Наоми Беске, израильской фигуристкой, легендой фигурного катания, которая поймала его на окончании приема у принца Клода и уговорила составить ей пару, так как ее протеже поддался искушению и слег с кишечной инфекцией. Отказать такой женщине Крэйг просто не имел право, тем более все выступления умещались в один день, поэтому ощущая ожидания Наоми, он решил не исполнять свой фирменный тройной аксель с последующим тулупом переходящим в четверной риттбергер, заменив последний на более простой, но не менее эффектный сальхов с выпадением во флип.

Зал остался в недоумении. Появился ключ от замка, что сковывал эмоции зрителей, его выкатил на арену юное дарование Мигель Тиур, что в свои десять с хвостиком уже поражал рядового обывателя своими навыками, заставляя рыдать всех небезучастных к судьбе маленького Ромео из одноименной постановки, которую он играл вместе со своей партнершей на следующий день после выступления профессионалов. Оковы спали и часть зрителей впала в неистовство, рыдая и выбрасывая на ледовую площадку вместо цветов и игрушек свои драгоценности, люди искренне надеялись на продолжение выступления, не обращая внимание на рисунок, что обрамлял нижнее белье спортсмена. На нем был изображен маленький Крэйг на руках у своего брата Бади, который Майкл выпустил ограниченной серией, поделившись парой пока только с “тестовым” телохранителем, что понимая эмоции зала, поддался искушению и оставил на память о великом шоу легендарного фигуриста несколько украшений для Пегги Ли и Лэйлы, понимая что только они помогут ему забыть весь этот кошмар.

– Нэс, не забывай, что через несколько часов парное катание нашего подопечного, постарайся избавиться от побрякушек, чтобы не раззадоривать его во второй раз.– спокойно сказал Майкл детективу, понимая что выступление удалось и необходимо будет качественно отдохнуть за оставшееся до выступления с Наоми время, что обычно ловко удавалось спланировать их новому другу, ставшему соучастником такого действа тысячелетия.

Приняв в объятия полураздетого Крэйга, они выдвинулись в ложу гостей соревнований, которая размещалась на крыше дворца и открывала прекрасный вид на гостеприимный Монако. Нэс избавился от своего пиджака, что подали ему в качестве гардероба для охранников, сподвигнув таким образом на преступление по отношению к зрителям, среди которых могли оказаться знакомые известного сыщика и принять его за рядового “бодигарда”, которыми бравировали оставшиеся участники соревнований. Расслабившись и оставив подарки близким в бюро находок, что возвращало имущество по предъявлению документа, подтверждающего право собственности, компания Майкла насладилась неспешным звучанием приглашенного пианиста, по слухам прибывшего из самого Ватикана, ради усмирения потоков ненависти, вызванных спорным слоганом арены.

– Мальчики, а вот и я.– представилась Наоми знакомым ребятам из Штатов, замечая в их рядах явное пополнение.– Крэйг, до выступления полчаса, поэтому давай обговорим заранее чего нельзя делать во время моего выступления.– решила заручиться поддержкой Майкла женщина, понимая влияние “третьего” на их дружелюбную общность.

– Крэйг, только попробуйте ее выбросить с необходимой силой.– сострил Нэс, поддавшись очарованию Наоми, чем заставил ту присесть рядом с собой и осторожно начать обсуждение с партнером, который явно был не против вторичного выхода на ледовую площадку Королевского катка.

После вступления, Майкл и Нэс приняли по коктейлю, от которого у детектива разыгрался аппетит, быстро успокоенный креветками в медовом кляре, посоветованными знающей толк в сладких “штучках” партнершей Авраама Беске, что присоединился к их скромной “тусовке” чуть позже, и то только на правах немого свидетеля распятия Христа, что не мог себе позволить роскошь общения по религиозным предрассудкам, вызванными глухотой к советам близких, что променяли его на молодого американского скакуна. Вся насытившаяся пятерка “фигуристов” направилась к месту основного действа.