А я резко вспоминаю студенческую вечеринку полгода назад, на которой эта цыпочка напилась и во всю светила полуголым задом.

– Поехали ко мне?
– просто говорю я.

Играть в завоевателя я сейчас не настроен. Готова сделать все по-быстрому? Милости прошу. Нет? Так гуляй на все четыре стороны.

– Может, хотя бы выпить мне предложишь?
– хмурится девица.

– Если честно, желания нет, - признаюсь я, вновь откидываясь на лежак.

Карина поджимает губы и хочет что-то мне сказать, но я мгновенно теряю к ней интерес, услышав за своей спиной:

– Рей! Какие люди!

Поворачиваюсь и вижу перед собой немолодого мужчину с пивным пузом в белой льняной рубашке и бежевых брюках. Нетвердой походкой он приближается ко мне, и я нехотя подаю ему руку:

– Здорово, Саныч, как жизнь?

– Потихоньку-помаленьку, - он жмет мою ладонь, увлекая меня за собой в сторону.
– Как твое ничего? Как бизнес?

В его черных глазах поблескивает недобрый огонек, хотя выражение лица по-прежнему остается благодушным.

– Не жалуюсь, - сухо отвечаю я, стараясь сохранять спокойствие.

– Давненько ты к нам не захаживал, - с легкой укоризной в голосе бросает мужчина.
– Никак забыл?

– Как же, о вас забудешь, - невесело усмехаюсь я.
– Времени просто не было.

– Ты уж найди время, Дениска, найди, - Саныч довольно сильно хлопает меня по плечу, и в его голосе слышится едва различимая угроза.
– Дань ведь сама себя не заплатит. А нет дани, нет крыши, ты же помнишь?

Его нетрезвый колючий взгляд шарит по моему лицу, и мне становится не по себе.

– Помню, - сквозь стиснутые челюсти цежу я, пытаясь подавить нарастающую в груди ярость.

– На следующей неделе буду ждать тебя, как девица у окна, - хрипло смеется мужчина.
– А не явишься, процентики за просрочку пойдут. Ты же деловой человек, должен понимать, тут все по справедливости. Дядя полицейский тоже кушать хочет. А то на эту грошовую зарплату хрен проживешь.

Слушаю его язвительные реплики, крепко сжав кулаки и отчаянно призывая себя к здравому смыслу.

– Бабки будут, - тихо, но твердо говорю я, стремясь завершить этот неприятный диалог.

– Ну вот и славненько, - довольно улыбается он.
– Вот и договорились.

Саныч вновь тянет мне раскрытую ладонь, но я предпочитаю сделать вид, что не заметил его прощального жеста. Резко срываюсь с места и иду к бару, на ходу поджигая сигарету и делая глубокую затяжку.

Вот сукин сын! Присосался ко мне как пиявка! И все ему мало, все мало! Так бы и дал ему в жирную рожу, но связан по рукам и ногам незримыми путами бесконечных обязательств и договоренностей.

Заказываю стакан виски и махом опустошаю его, прошу у бармена второй и с ним медленно возвращаюсь к своему лежаку, вокруг которого трется народ.

Рита

Ка-ра-ул! Я все-таки примеряю старый купальник в надежде на то, что в моих воспоминаниях он ужасней, чем на самом деле. И знаете что? Ничего подобного!

Когда я облачаюсь в это тугое чудо из лайкры, то совершенно точно понимаю две вещи. Во-первых, за последнее время я подросла. Купальник слитный, и чтобы натянуть его лямки на плечи мне приходится не хило так ссутулиться, а вот как распрямиться обратно - вопрос. Во-вторых, вряд ли подмигивающий фламинго, изображенный на нем, будет органично смотреться на вечеринке. Если уж Белкина футболку с диснеевской Рапунцель забраковала, то у розовой птички точно нет шансов.

Я разочарованно стягиваю дурацкий купальник и со злостью зашвыриваю его обратно в глубину шкафа. Будто это он виноват, что у меня нет возможности купить нормальные шмотки. Все свои накопления от работы официанткой я потратила на новый телефон, а просить денег у бабушки совестно. У нее и так из-за нашего переезда сплошные расходы, а первую зарплату на хлебозаводе дадут только через месяц.

Решений я вижу два: либо идти на вечеринку без купальника, либо вообще никуда не идти. Второй вариант кажется наиболее разумным, но глупое желание узнать, что такое настоящая городская тусовка, да еще и на пляже, пересиливает.

Под вечер я надеваю легкое летнее платье, которое по праву могу считать лучшим в моем гардеробе. Голубое, выше колена, с юбкой-полусолнцем - оно мне очень нравится, и я довольно кручусь перед зеркалом. Непослушные и чересчур распушившиеся после помывки волосы распускаю и закалываю невидимками, чтобы не лезли в глаза.

– Ты это куда на ночь глядя намылилась, царевна?
– раздается голос бабушки, заходящей в комнату.

– Я же тебе говорила, с одногруппницей прогуляемся. Ну, с той, с которой сегодня познакомились.