– Порой именно из баловства получаются самые серьезные вещи, - философски подмечает Денис, засовывая руки в карманы джинсов, и продолжает.
– Эм... Факт номер два: я вырос без отца и никогда его не видел.

От упоминания родителей к моему горлу подступает необъяснимый ком, который я спешу сглотнуть, чтобы не казаться слишком сентиментальной.

– Ты живешь с мамой?
– спрашиваю я.

– Эм... Нет, я уже второй год живу отдельно, но мама здесь, в этом городе. Мы видимся пару раз в месяц, - отзывается парень.

Мне очень интересно, что случилось с его отцом, но я не уверена, что имею право лезть так глубоко в его жизнь, поэтому воздерживаюсь от дальнейших расспросов.

– И последнее: я просто обожаю малиновый Дайкири, - произносит он, закусывая нижнюю губу.

А я пребываю в полном смятении, потому что понятия не имею, что означает последнее слово. Что еще за Дайкири? Это еда? Десерт? А, может, вообще название парфюма? Пока я ломаю над этим голову, Денис спрашивает:

– А тебе он нравится?

– Эм... Ну... Если честно...
– мнусь я, пытаясь подобрать нужные слова.

– Вот черт! Ты не пьешь алкоголь, Веснушка, верно?
– вдруг выдает он.

Алкоголь? Так, значит, этот малиновый Дайкири - спиртной напиток?

– Не пью, - сознаюсь я, решив, что выкручиваться бесполезно.

– Так и думал, - усмехается он.
– Почему-то по тебе видно.

– Что видно?

– Ну, что ты правильная до мозга костей. Никогда не совершаешь необдуманных поступков и всегда держишь себя в руках. Я прав?

– Наверное, - неуверенно жму плечами.
– А ты не такой?

– Нет, - Денис хрипловато смеется и вновь откидывает красивые светлые волосы назад.
– Я гораздо хуже тебя. Гораздо. И вообще... По большому счету такой хорошей девочке, как ты, Рита, не стоит общаться с таким отморозком, как я.

– И почему же ты считаешь себя отморозком?
– осторожно интересуюсь я и только сейчас замечаю, что клуб и пляжная вечеринка остались далеко позади.

Мы идем по пустынному пляжу и только шум, омывающих берег волн, нарушает таинственное безмолвие ночи.

– Потому что я курю, пью, иногда ругаюсь матом, и у меня полно штрафов за превышение скорости, - отвечает Денис.

– А я, между прочим, один раз украла пирожок из школьной столовой, - понижая голос, говорю я.
– И съела его, так и не расплатившись.

О том, что это произошло совершенно случайно, я решаю умолчать. Не хочется, чтобы он считал меня скучной святошей.

 - Да ну? Как тебя земля после такого носит?
– смеется Денис.

– А еще во втором классе я дала в нос Ваньке Осипову за то, что порвал мне сумку, - продолжаю я серию своих откровений.

О том, что после этого глупого инцидента я два дня вымаливала у Ваньки прощения, тоже не говорю.

– Ого, а вот это уже серьезно, - вскидывает брови парень.
– Значит, надо держаться подальше от твоей сумки.

– Так что не такая уж я и правильная, - расправляя плечи, подытоживаю я.

– Как скажешь. Ну а теперь три факта о тебе. Я весь внимание, - говорит Денис, буравя меня взглядом чудесных голубых глаз.

Я набираю в легкие побольше воздуха и начинаю:

– Я переехала сюда чуть меньше недели назад, поэтому совершенно не ориентируюсь в городе.

– Так ты не местная?
– он выглядит заинтересованным.

– Ага, перевелась в здешний институт летом, - поясняю я.
– Факт номер два: я еще ни разу не купалась в море.

– Что?
– он останавливается как вкопанный и недоверчиво глядит на меня.
– Но ты здесь уже почти неделю.

– Да, но все как-то возможности не было...

– Мы просто обязаны это исправить, Веснушка, - вдруг говорит он и ловким движением стаскивает с себя футболку, обнажая крепкий загорелый торс.

Боже мой! Денис просто совершенен! При виде его широких плеч, рельефного пресса и груди, на которой красуется (не могу поверить, что она набил такую татуировку!) маленький чертик с вилами, я забываю абсолютно все, что хотела сказать.

Я, как рыба, выброшенная на берег, открываю рот, но ни слов, ни каких-либо других членораздельных звуков выдавить из себя не могу. Мой взгляд приклеен к парню, который с абсолютно безмятежным видом начинает расстегивать ремень... Так ведь и до инфаркта бедную девушку довести можно!