Дениса я замечаю почти сразу: он сидит в компании друзей и курит. Стараюсь не смотреть в его сторону и всячески делаю вид, что увлечена диалогом со знакомыми Никиты, которых он только что мне представил. Я отвечаю на их вопросы и вежливо улыбаюсь, но кожей чувствую пронзающий насквозь взгляд голубых глаз. Его мне ни с чем не спутать.

Никита обнимает меня за талию, и я накрываю его ладонь своей. Лучше бы мы провели этот вечер вдвоем, тихо и без пристального внимания посторонних. От всей этой шумихи и полуголых девушек, прохаживающихся туда-сюда, мне не по себе. А еще от присутствия поблизости Дениса, который смотрит так пристально, что вот-вот прожжет дыру на моей коже.

Делаю глубокий вдох и опускаю взгляд на зеленую траву под ногами. Надо успокоиться. Надо взять себя в руки. Ну и что с того, что Рейман здесь? Он ведь и в универе постоянно рядом. Все будет в порядке. Побуду тут часик-другой и поеду домой.

– Привет, - вдруг слышу его голос и вздрагиваю.

Денис вальяжной походкой приближается к нам, а я чувствую, как ускоряется мое сердце. Между большим и указательным пальцами парень зажимает странную, словно самодельную, темно-коричневую сигарету. Неспешно прикладывает ее к губам и глубоко втягивает дым. Когда он делает выдох, на несколько секунд его лицо полностью скрывается за густым белым облачком, которое медленно рассеивается.

Вынырнув из пелены, Денис останавливается в метре от нас и с хищной улыбкой произносит:

– Как жизнь, молодежь? Веселитесь?
– его тон нарочито небрежный, но я слышу в нем затаенные то ли угрозу, то ли недовольство и вся сжимаюсь.

– Все хорошо. А твое веселье, я смотрю, уже достигло нужной кондиции?
– отзывается Никита, кивая на сигарету в руках Реймана.

– Ага, - усмехается тот.
– Хочешь затянуться? Отличная вещица.

– Наркотики - это яд, - холодно бросает Сафронов.

Наркотики?! Так я и знала, что Денис курит не обычные сигареты! Но что это? Неужели марихуана?

– А бухло не яд?
– Рейман указывает на Никитин стакан.
– А выхлопные газы? А ГМО? Че скажешь? Может, лучше сразу в гроб, чем жить и травиться?

Сафронов демонстративно отворачивается в сторону и ничего не отвечает, как бы показывая, что не хочет продолжать этот диалог. Денис переводит взгляд бездонных глаз на меня и делает шаг вперед.

– Рит, прости меня, я был идиотом. Я в тебя по уши, честное слово, как мальчишка, - он говорит негромко, но каждое его слово горящей искрой опаляет мою душу.
– Не могу забыть твои губы, твои глаза, тебя...

– Рейман, ты че, охренел?!
– возмущается Никита, придвигая меня ближе к себе.

Но Денис не обращает на него никакого внимания и продолжает.

– Рит, я же знаю, ты ко мне тоже что-то чувствуешь. Давай попробуем еще раз? Давай начнем сначала? Подари мне еще шанс, и я попробую не облажаться.

От услышанного ноги подкашиваются, и я изо всех сил стараюсь не рухнуть без сознания прямо посреди вечеринки. Слова Дениса для меня словно гром среди ясного неба. Только я понемногу начала налаживать свою жизнь, только оправилась от обиды, нанесенной им, как он опять бередит мне душу своими признаниями. Такими пугающими и такими волнующими.

А что, если его слова правдивы? Вдруг он действительно влюблен в меня? Вдруг у нас может что-то получиться? Ведь случаются же на свете чудеса?

Надо быть честной и признаться, что я бы очень хотела этого. Конечно же, у меня есть чувства к Денису, да еще какие. Я потеряла покой с тех самых пор, как впервые его увидела. Он похитил мое сердце, пристроил его у себя и не отпускает на волю.

Но как же Никита? Ведь он был так добр ко мне, так мил... И у нас с ним вроде как отношения... Хотя почему "вроде как"? Самые что ни на есть отношения. Мы пара, и я не должна поступать с ним подло. Он этого не заслужил.

Я нахожусь в каком-то гипнотическом оцепенении. Силюсь что-то сказать, но язык не слушается.

– Отвали от нее, Рейман!
– Никита встает напротив Дениса, закрывая меня спиной.
– Отвали по-хорошему!

– А что, ты можешь по-плохому?
– ухмыляется он, отбрасывая окурок в траву, и подходит к Сафронову почти вплотную.
– Что ж, это даже интересно.

– Не трогай его!
– у меня наконец прорезается голос.
– Так нельзя, Денис!

Я выскакиваю из-за Никиты и строго смотрю в голубые глаза.

– Как нельзя?
– искренне удивляется Рейман.

– Нельзя просто сделать вид, что мы незнакомы, а потом через несколько недель заявить, что я тебе нравлюсь!
– выпаливаю с обидой.
– Я же не игрушка! Я живой человек!

– Черт, - Денис запускает пальцы в пепельные волосы.
– Конечно, ты не игрушка! Это я инфантильный дурак. Ну извини, извини меня, пожалуйста...

Он тянет ко мне руки, но Никита не позволяет ему до меня дотронуться. Грубо отталкивает Дениса, и тот, не удержав равновесия, пятится назад.