Шрифт:
– Если ты нужна мужику, Ритуля, он тебя из-под земли достанет, горы свернет, но добьется. А если нет, то ему даром не сдалась твоя инициатива, понимаешь? И никакие драки этого не изменят.
28
Денис
На улице нереальная жара. Погода будто не в курсе, что наступила осень, и топит чуть ли не под тридцатник. Я, конечно, понимаю, мы на юге России, но не в Африке же.
Сегодня кое-как продрал глаза ко второй паре, но пока ехал до универа окончательно проснулся. Слезаю с байка, стягиваю с себя рубашку, оставшись в одной футболке, и повязываю ее на бедра. Неторопливо поднимаюсь по многочисленным ступенькам, ощущая на себе взгляды заинтересованных девиц. Кто-то из них даже хихикает и зовет меня по имени, но я делаю вид, что не слышу. С недавнего времени все это дешевое кокетство мне опостылело.
Подхожу к нужной аудитории и подсознательно ищу глазами Риту. Теперь я постоянно так делаю. А после нашего вчерашнего поцелуя в Красной увидеть ее хочется как никогда сильно.
Однако когда я все-таки нахожу объект своих мечтаний в толпе студентов, мое сердце глухо ухает и падает в пятки. Рита не похожа на саму себя: припухшие, явно разбитые губы, пробивающаяся сквозь тоналку синева под глазом, ссадины на плечах и шее. Что с ней случилось?
Срываюсь с места и несусь к Смирновой, расталкивая всех на своем пути. Плевать, что я выгляжу как полоумный кретин, мне нужно поговорить с ней.
– Рит, что с тобой?
– спрашиваю я, аккуратно пытаясь дотронуться до ее плеча.
Но девчонка шарахается от меня, как от прокаженного. Сжимает в руках свой детский рюкзак и смотрит на меня с немым укором.
– Да в чем дело-то?
– начинаю паниковать я.
– Кто это сделал?!
Рита по-прежнему молчит, а в синих глаза плещется обида. Я опять хочу повторить свой вопрос, но тут из ниоткуда передо мной возникает рыжая бестия Белкина.
Ну, конечно, где Смирнова, там и она. Спелись, что называется.
– Рей, держись от Ритки подальше! Ей еще до выпускного дожить нужно!
– гаркает староста, глядя на меня коршуном.
– Чего?
– непонимающе вскидываю брови.
– А я-то тут причем?
– Он еще спрашивает!
– возмущается Ксюша.
– Ты своих баб на цепь, что ли, сажай, раз они у тебя бешенные и на людей бросаются!
– Да че ты несешь?!
– раздражаюсь я.
– Каких баб?
– Колесникову и ее свору!
– бросает мне в лицо Белкина и, развернувшись к Рите, которая дергает ее за локоть, шипит.
– Да ладно, че ты ссышь? Пускай знает, какие взрывоопасные у него подстилки.
Смысл Ксюшиных слов доходит до меня через пару мгновений, и я холодею. Неужели это Вика устроила разборки с Ритой из-за меня?! Дурдом какой-то!
– Это правда?
– сдвигаю в сторону недовольную Белкину и заглядываю в лицо Смирновой.
– Ты с Колесниковой подралась?
Рита прячет глаза в пол, но короткого взгляда, которым она удостаивает меня перед этим, вполне достаточно. У Вики реально кукушка поехала, раз она решилась на мордобой. Такими темпами Рита реально начнет меня бояться, а мне это совсем не на руку.
Отхожу на пару метров и набираю Колесникову, которой в коридоре не видно. Он берет трубку почти сразу.
– Ты в универе?
– проигнорировав ее приветствие, спрашиваю я.
– Да, а что?
– Давай встретимся в переходе на втором этаже. Сейчас.
Вику долго уламывать не нужно, она с легкостью соглашается увидеться, и я тут же сбрасываю вызов. Слушать ее писклявый голос дольше, чем того требует необходимость, совсем не хочется.
Через пару минут мы с Колесниковой пересекаемся в коридоре, и я тут же утаскиваю ее в тихий угол подальше от посторонних ушей.
– Эй, полегче!
– она обиженно потирает запястье, которое я, должно быть, слишком сильно схватил.
– Прости, - без сожаления бросаю я и впиваюсь в нее немигающим взором.
– Вик, че у тебя за претензии к Смирновой?
На секунду ее лицо искажается паникой, но она почти сразу берет себя в руки.
– О чем ты, Рей? Я не понимаю.
– Кончай этот спектакль! Это ведь ты избила Риту?
– С чего ты взял?
– Вика складывает руки на груди.
– Она сама мне сказала, - без зазрения совести вру я.
– И ты ей поверил?
– усмехается Вика, но по лицу видно, что ей совсем не весело.
– Она хочет оклеветать меня, опустить в твоих глазах! И вообще, я думала, что ты хочешь извиниться передо мной за вчерашнее, а ты опять про свою Смирнову!
Господи, какая же Колесникова паршивая актриса! И зубы у нее просто гигантские! Если, не дай бог, она сейчас еще и засмеется, я застрелюсь. Нет, правда, найду пушку и пущу себе пулю в лоб.
– Все ясно, - холодно бросаю я.
– Что тебе ясно, Рей?
– беспокоится она.
– Не трогала я Смирнову, больно надо об нее руки марать! Зачем тебе вообще сдалась тебе эта пришибленная? Я не понимаю! У нас ведь с тобой все хорошо было... Такие отношения...