Итан сконцентрировался. Миг, и пространство исказилось. Он шагнул во Вселенную и через долю секунды оказался в псевдо серверной. Нужная плата была перед глазами. Одним ловким движением он вырвал её из слота.

— Грубо. Сигнализация, — раздался голос Тристана.

Слуга стоял напротив голоэкранов с каменным лицом, когда Итан возник рядом с ним.

— Второй вариант.

Снова Вселенная, снова стеллаж. Из кармана брюк он извлёк набор инструментов. В бархатном футляре поблёскивали тонкие отвёртки, отмычки, хитрые приспособления из урбаниола меняющие свою форму в зависимости от назначения. Плата аккуратно вынута из слота вместе с оболочкой, за ней потянулись тонкие проводки. Сначала отсоединить провода…

— Слишком резко. Датчик движения.

— Шера! Я же почти не двигался.

— Ничего не знаю, господин.

Попытка номер три.

Инструменты, слот, плата. Медленно и осторожно, из слепой зоны не высовываться…

— Датчик движения, господин. Очень плохо.

Номер четыре…

— Сигнализация, господин…

Пять…

— Похоже, я не всех перечислил, господин.

***

— Шера! Причины, Тристан. Как они могли похитить то, что невозможно похитить?! Да ещё и удалить информацию с носителей и не наследить? Охрана великолепная: датчик движения, сигнализация, камеры, сканер.

— Датчики пола? Реагируют на изменение веса, — выразил догадку Тристан.

— Нет, с этим не заморачивались. Если бы было так, то плату унести было бы невозможно.

— Мне всегда казалось, что для Первых нет ничего невозможного. Вы вершители судеб, вы создатели жизни, вы носители смерти. Если бы я был Первым, я бы не шёл путями простых людей, а искал бы вход с другой стороны. Вы слишком очеловечились…

Итан вскочил с пола, на котором уже полчаса сидел, подперев кулаком щёку.

— Тристан! Напомни наградить тебя хорошенько! — Итан улыбнулся и потёр ладони в предвкушении решения непростой задачи.

— Я не забуду, господин, — с достоинством ответил верный слуга.

— Наблюдай, — бросил Итан, уже потеряв к нему интерес, и разорвал материю пространства.

Но не вошёл, как раньше.

Пространство исказилось и перед Итаном, казалось, зависла дверь во Вселенную. Заглянув туда, он мог наблюдать фантасмагорию красок. Яркие звёзды, галактики, норы переливались на фоне темной материи, источая свет и энергию. Вспыхивали огоньки, двигались спирали, закручиваясь вокруг своих светил. Бесконечность простиралась перед взором. Края этого странного проёма искажались, создавая ощущение нереальности происходящего.

Тристан, конечно, не раз наблюдал, как Первые ходят через Вселенную, но сейчас даже у всегда уравновешенного слуги от удивления поползли вверх кустистые брови.

А Итан, тем временем, «прорубил» окно с другой стороны материи и ему открылась светящаяся синим маркировка платы. Он достал инструменты, аккуратно извлёк плату, засунул провода в слот и закрыл проход.

Он покрутил перед глазами Тристана иллюзорную чёрную коробочку и бросил её в сторону. Иллюзия распалась, и роботы тонким извилистым ручейком потекли в щель под дверью.

Тристан одобрительно кивнул. Фокус ему определённо понравился.

— Сигнализация, господин.

— Я знаю.

— Но задание провалено!

— И это я тоже знаю.

— Так чего же вы хотели доказать? — удивлённо спросил слуга, сворачивая экраны и возвращая Итану тагу.

— То, что я не всё знаю.

***

Тристан только вздохнул, когда хозяин оставил его в одиночестве. Что ж… Пока Итан занят разрешением сиринского кризиса, о котором гудит вся Амата, можно навестить Лорин. Когда-то эта милая женщина пришла на место своей предшественницы, и занялась непростым делом ассимилирования детей уничтоженных экспериментов. Она была ещё молода, когда Итан привёл девушку в Центр ассимиляции. Сам Тристан как раз получил свою первую тагу, что считалось успешным выступлением в аматийское общество.

Слуга спустился по лестнице на минус первый этаж, прошёл по длинному подземному коридору и очутился на стоянке. Несколько новейших моделей летунов приветствовали его начищенными боками. Но это игрушки Итана. У Тристана есть своя, конечно, не такая навороченная, но довольно приличная. На слугах Итан не экономил. Вообще-то, ассимилянтам иметь личные летуны запрещалось, но тринадцатому стоило только послать сообщение в Департамент ассимилирования, как уже через час он стал обладателем прав. Даже в школу не ходил, Итан нанял личного инструктора и тот учил летать Тристана в предгорьях Ламуа.

Иногда Итан и сам с ним выбирался. Слуга помнил безумные гонки Первого, и как однажды каким-то чудесным образом они очутились в небольшом городишке, что раскинулся в почти недосягаемом ущелье. Уютные домики стояли на самом берегу водохранилища с голубой водой. С противоположной стороны над гладью нависали серые скалы, где яркие быстрые птицы билозуни вили гнезда. В тот день Тристан, ещё совсем юный, впервые попробовал ану, закашлялся, но по настоянию Итана сделал ещё пару глотков. Вкус удалось распробовать только с пятой попытки. Первого всё это забавляло, но для слуги тот день стал одним из самых счастливых на Амате.