— Как не судимые? А Руся?

— Руся на налёт не подпишется. Пусть работает по тихой, от него и так пользы хватает, — возразил Виталий.

— Подожди лучше, когда Дон с Елахом выйдут, тут осталось-то… те на верочку сработают.

—Да пока-а они ещё выйдут, — махнул рукой Зоткин.

— Чё, думаешь, что к тому времени протрезвеешь, и не захочешь Майкла выставлять? — спросил с издевкой Виталий.

— Да ты не подъё…ывай, — возмущённо произнёс Зоткин и открыл новую бутылку водки. — Выпьешь со мной?

— Ага, в Новый год не пью, и в день рождения, а щас возьму и выпью, — опять возразил Виталий и поднялся. —Ладно, мне ехать надо. Дел ещё много. У тебя всё ко мне?

— Ты вечером чё делаешь? Поехали к Ладыге съездим, надо ж вопрос решить с делюгой моей.

— Это вот по грабежу твоему, что ли? Ты чё, её ещё не закрыл? — удивился Виталий.

— Когда б я закрыл? Вот Ладыга как раз этим и занимается, у него там подвязки есть с прокурором.

Виталий внимательно посмотрел на него и спросил:

— Слышь, Андрюха, скажи, только честно, ты тогда пьяный был, когда эту делюгу на тебя завели?

— Ну так… выпивши, — неопределённо ответил Зоткин. — Ну а хули, я тогда только откинулся, навёрстывал упущенное, — он щёлкнул себя по горлу.

— Да ты и до сих пор навёрстываешь, я смотрю, -4 махнул рукой Виталий.

— Да я то по тихой, чё тут… — Зоткин показал в рюмке на донышке. — По чуть-чуть.

—Ага по чуть-чуть,—усмехнулся Виталий и серьёзно спросил: — А кто там у тебя следак? Давай, может, я на него найду выход?

— Дава-ай, — тут же согласился Зоткин. — Только там следачка, Черданцева её фамилия. Анна. Она молодая, кстати.

— Да-а? — удивлённо протянул Виталий. — Красивая?

— А я тебе чё, не говорил разве? — воспрял Зоткин, почувствовав интерес друга. — Ох…енная. Блондинка, стройная… У меня у самого на неё стоит, когда она меня вызывает. Если б Лариска рядом не была, я б и сам к ней уже давно подкатил.

— А адрес знаешь её уже? — с интересом спросил Виталий, вспомнив свою давнюю мечту переспать с красивой ментовкой. Он уже освоился на свободе и, как нормальный мужчина, уже давно обращал внимание и на других женщин, кроме своей любимой Елены. Это был обычный зов природы, противиться которому не может почти ни один мужчина нормальной ориентации. И Виталий, любящий всё красивое, тоже смотрел на них и даже любовался. Но неизменно всегда приходил к своей Еленке, и прижимался к ней, как к родной. Здесь же это касалось почти дела принципа, давней цели.

— Конечно, знаю, на Горького она живёт в малосемейке, — ответил Зоткин. — Я смотрю, ты уже загорелся?

— Да ты чё, ментовку трахнуть, в форме, мечта идиота, — покачал головой Виталий и улыбнулся. — Ещё с детства брежу этим, когда в инспекцию по делам несовершеннолетних таскали постоянно, там такие тёлки были… В малосемейке возле Строителя ты имеешь в виду?

— Да, вот адрес, — протянул ему бумагу Зоткин.

— Ну всё, я поехал, — схватил листок Виталий и пошёл к двери. — Она щас на работе походу, вечером к ней заеду.

— Даты погоди, — пошёл за ним Зоткин. — К Ладыге-то надо съездить в восемь часов. Срастётся там у тебя с этой Аней, нет, ещё х…й его знает. А у Ладыги есть связи конкретные.

— В восемь я не могу, — покачал головой Виталий. — Мне свою с работы забирать. С Челюстью съезди, чё ты…

— Да стоит же машина наша. Он чё, не сказал тебе, что ли? Он поставил сёдня на ремонт, там чё-то затарахтело. Скажи пацанам тогда кому-нибудь, пусть отвезут меня вечером, да подождут там.

Виталий посмотрел на него внимательно, и сказал.

— Ладно, они заедут за тобой к восьми. Только не вздумай их сблатовать Майкла магазин выставить.

— Да не, чё ты… всё нормально, — успокоил его Зоткин. — К Ладыге съездим только, и всё…

Виталий ещё раз пристально посмотрел на него и, взглянув на начатую на столе бутылку водки, сказал:

— Смотри, я скажу им, чтобы к ДОСА и близко не подъезжали.

— Да без базара, — уверенно ответил Зоткин. — Я ж сказал, четы…

— Ну всё, давай, — попрощался Виталий, и вышел.

*

Первым делом он решил съездить домой к этой следач-ке. вполне возможно, что она отдыхала после ночной

смены или была на выходных. По дороге позвонил Роману и сказал, чтобы заехал вечером за Зоткиным.

— Только больше никуда, Рома, — говорил в рацию Виталий. — До дома Ладыченки и обратно.

— Ладно, — раздался из рации голос Романа с треском и помехами.

— Всё, я завтра только буду, заедете ко мне, — сказал Виталий и отключил рацию.

Дом симпатичной, по словам Зоткина, следова-телыни был малосемейным общежитием. Это давало повод думать, что у неё нет семьи или, по крайней мере, мужа. И, поднимаясь к ней по лестнице, Виталий уже представлял, как она может выглядеть. Поднося руку к звонку её квартиры, он услышал внутри, за дверью, какие-то звуки и прислушался, убрав руку от звонка. Судя по шагам на женских каблуках, она или кто-то из женщин собирался выйти, потому что если бы только пришли, он бы видел это, идя почти к последней двери по длинному коридору малосемейки. И как только раздались звуки поворачивающегося замка, он сразу отскочил от двери и забежал по находящейся рядом второй лестнице на этаж выше. Девушка вышла и, закрыв дверь, стала спускаться по лестнице. Едва увидев её сверху, Виталий сразу понял, что это и есть следователь. Красивая блондинка лет двадцати пяти-двадцати шести, и самое главное, под дублёнкой у неё Виталий разглядел сверху милицейскую форму. Она спустилась вниз и вышла на улицу. Виталий выскочил следом за ней и сразу сел в машину. Обрадовавшись, что она пошла пешком, он потихоньку проехал за ней следом, смотря на её походку и фигуру сзади. Эротические картины уже начали вырисовываться в его голове когда она уже начала подходить к дороге. Тогда он прибавил ход и нагнал её.