— Да ты чё, блин, в натуре?! С тобой по-хорошему хотели, а ты, — начал было опять возмущаться Кирилл, но в этот момент к ним подъехала машина гаишников и вышедшие из неё менты спросили.

— Что у вас здесь? Пострадавших нет? Сидящий в джипе Вова поспешил повесить на козырёк транзитный номер и беспокойно оглянулся на лежащую Елену.

— Нет-нет, — поспешно ответил Валера. Парни сильно изменились в лицах, и из злобных и решительных стали боязнеными и обеспокоенными. — Тут ерунда совсем. Задели только чуть-чуть…

— А это чья машина? — спросил один гаишник, показывая на «Круизер*. — Кто за рулём был. Кирилл нерешительно посмотрел на Марк и севшим голосом ответил:

— Моя.

— Трезвый? — спросил гаишник, подходя к нему.

— Да, конечно, трезвый, — поспешно ответил Кирилл. — Он сам в нас…

— Да это случайно получилось, — перебил его Валера, посмотрев на него осуждающе. — Не увидели его просто. Щас заплатим ему, да разъедемся.

— А это чья? — спросил гаишник, показав на «едэ-шку».

— Моя, — коротко ответил Биталий.

— Сами разберётесь? — спросил мент. Виталий молча кивнул, но Кирилл продублировал ответ за него более убедительно:

— Да, конечно, сами разберёмся. Чё тут, делов-то, заплатим ему…

— Транзиты не просрочены? — спросил его гаишник. — Покажите документы.

— Просрочены транзиты, продать не можем машину, — по привычке ответил Кирилл, доставая документы. В Приморье почти половина машин ездила на транзитах, и в основном на просроченных, и гаишник так же по привычке спросил:

— Штраф на месте оплатите, или как?

— Конечно, на месте, — кивнул Кирилл и повернулся к Валере, протягивая ему из кармана пачку долларов. — Валер, разберись пока с ремонтом. Я щас… Он прошёл с гаишниками к их машине, а Валера подошёл к «едэшке».

— Так, ну чё тут у нас получается? — спросил он, беспокойно оглядываясь на ментов.

— Две двери покупать — это триста, покраска их — ещё двести. Заднее крыло рихтовать и красить — это ещё триста, не меньше… — заученно перечислял Виталий. — В общем, штука, короче.

— Ты чё, переднее крыло тоже покупать собрался? — спросил Валера, показывая на крохотную вмятину. — Тут покрасить только…

— Да зачем оно мне надо, со шпатлёвкой ездить? — опять ответил Виталий. — Чтоб потом опять красить, если она треснет?

Валера оглянулся на «Марк» и посмотрел на деньги в руке. Он прекрасно понимал, что ему посчитали всё намного завышено, покупать двери, и тем более переднее крыло, не было необходимости. Но отделаться от этого конфликта нужно было срочно и, ещё раз посмотрев на машину гаишников, из которой уже собирался вылезать Кирилл, и оглянувшись на «Марк», он отсчитал Виталию тысячу долларов.

— Ну вот, — сказал Виталий, пряча деньги в карман. — Теперь претензий нет. Ну всё, разбежались?

— Давай-давай, — кивнул ему Валера и повернулся к уже идущему к ним Кириллу.

Виталий видел, что с появлением ментов парни сильно изменились и от злости их не осталось и следа. Но значения этому не придал, так как встречаться с гаишниками, мало кто любил. И он уже сам не раз видел, как неохотно задерживаются в городе перегонщики. Большинство не связываются с милицией, даже если их самих побьют. А эти сами были не правы, поэтому им тем более она была ни к чему. Но выпендриваться своей победой над ними не стал. Наоборот, когда Кирилл подошёл, он примирительно сказал ему, садясь в машину:

— В расчете, парни.

Но злобный Кирилл и не обратил на него внимания, а сразу забрал у Валеры остаток денег и сел в «Крузер». Машина гаишников уже удалялась. Виталий выключил аварийку и тоже потихоньку тронулся, проезжая мимо садящихся в «Марк» Валеры с Антоном и улыбаясь удачному делу. Посмотрев потом в зеркало заднего вида, он увидел как «Марк» и «Крузер» развернулись и поехали по другой дороге. Виталий усмехнулся и произнёс:

— Вот так вот, господа транзитники. Не наглейте в следующий раз на джипах. Попроще надо быть.

*

В напарники к Киселю, положенец Опаля, выделил недавно освободившегося Волыну. Вдвоём они ездили на одной машине, на двоих так же была одна рация и один пейджер, поэтому им приходилось постоянно находиться вдвоём. Но это их не обременяло, поскольку они быстро сошлись характерами, и к тому же интересы были у обоих одинаковы. Оба сидели на ханке и, чтобы постоянно добывать себе наркотик, крутились в поисках всё новых и новых точек продаж этого зелья. И поскольку деньги, которые скидывали контролируемые ими наркоторговцы, они почти все отдавали положенцу, то ставить его в курс за новые, найденные ими точки, которые они загоняли под крышу от имени Опали, конечно же, не собирались. И брали они с этих новых точек в основном не деньгами, а ханкой. Вот и сейчас, вколов очередную дозу наркотика Волыне, Кисель стал выбирать остатки ханки себе в шприц и сказал: