Я задремал под утро, пройдя путь от безысходного отчаяния до

надежды и обратно. Провалился в тяжелую тревожную дрему, просыпаясь на каждый

шорох и каждое уведомление телефона. Почему-то сейчас их было особенно много —

бесполезных и бестолковых.

Разбудил меня Игорь.

— Никаких новостей?

Игорь покачал головой:

— Как в воду провалилась.

— Который час вообще? — я действительно плохо соображал.

— Одиннадцать. Ты спал что ли?

— Можно сказать, что нет. Кофе будешь?

— Буду. Я тоже не спал, да только толку ноль. Как спецагента

ловим, ей богу.

— Он такой умный или так хорошо подготовился? — я поставил

на огонь большую турку.

— Ставлю на то, что подготовился. Времени у него на это было

достаточно. Но нигде не накосячил и это очень-очень для нас плохо. Если Лешка

прав, то играть придется по правилам Маркова.

Я снова бросил взгляд на телефон и в этот момент он

засветился, показывая плашку «Неизвестный номер».

— Громкую поставь, — попросил Ольшанский.

— Доброго дня, Сергей Георгиевич, — тон в трубке был

издевательский, — как вам спалось в одиночестве?

— Где Саша?

— Ну зачем так сразу? А поддержать светскую беседу? Нет?

— Где? — повторил я, — И что тебе надо?

— Денег, — просто ответил сучонок, — скучно, правда?

— Допустим. Где доказательства что Саша у тебя и жива? — я

посмотрел на Игоря, тот кивнул.

— Скучный вы, Сергей Георгиевич, — в трубке зашуршало, и я

услышал тихий голос, от которого все внутри сжалось, — Привет.

— С тобой все нормально?

— я жадно вслушивался в каждый шорох.

— Да. Делай как он говорит, хорошо?

— Хорошая моя, ты не бойся только.

— Надо же, какие нежности, — трубку Дима забрал, и я не

понял, услышала Саша мои слова или они достались мелкому ублюдку, — деньги.

Позвоню позже, скажу куда привезти. И глупостей не делайте.

— Леха был прав, — сказал Игорь, когда звонок оборвался.

— У меня столько нет, но я найду.

— Тсс, притормози. Сколько есть?

— Треть. Сученыш много хочет.

— Нормально. Поехали, по дороге объясню, потом отдам тебя

суровым дядькам, они тоже инструктаж проведут. Не паникуй, одного тебя никто

туда не отправит.

* * *

Тишина такая нереальная. Обычный день, солнышко светит, а я

иду по гравию к разрушенному цеху бывшего завода с сумкой наполовину фальшивых

денег. Игорь и «суровые дядьки» вселили в меня какую-то уверенность, что все

закончится хорошо. Дай бог, чтобы это было правдой.

Я услышал хруст кирпича и обернулся. Вот и клоп.

Его бы можно было назвать симпатичным, если бы не неприятная

хищная усмешка — люди не должны так улыбаться, даже приставив пистолет к чужому

виску. Сашей он прикрывался именно так. Они сделали шаг, свет упал по-другому, и

я увидел синяк у нее на скуле и разбитую губу. У меня от ярости потемнело в

глазах. С каким удовольствием я бы сейчас возил его мордой по стене!

— Вы не нервничайте, Сергей Георгиевич, — посоветовал мне

сучонок, верно растолковав мои мысли, — вам, наверное, вредно.

Сашка смотрела на меня такими глазами, что я проглотил

брошенную колкую фразу и присел, открывая сумку. Как только я заберу Сашу этот

клоп получит по полной, поэтому надо придушить свою гордость и сделать все,

чтобы он мне отдал мою женщину живой и целой.

* * *

Александра.

— Там все? — Дима толкнул меня вперед и заглянул в сумку.

— Пересчитай, — невозмутимо предложил Сергей. Если бы я его

не знала, то тоже бы купилась на это напускное спокойствие. Но я вижу, как он

переводит взгляд с меня не Диму. Страшно. Первый раз вижу, чтоб Сергею было так

страшно.

— Надеюсь на вашу честность. Шагай! — Дима толкнул меня в

спину, я по инерции сделала несколько шагов и не упала на колени только потому,

что Сергей меня подхватил.

Подхватил и тут же заступил так, чтоб я оказалась у него за