Раздражительность и дурной нрав джинна то и дело «показывали зубки» и вызывали язвительные пикировки между нами. Возможно он уже жалел, что поддавшись чувству благодарности, взвалил на себя квест по моей адаптации, а возможно он просто развлекался таким образом за мой счет…

— Ну что же, раз ты так в себе уверен, то может и ответственность за последствия на себя возьмешь?

Подавил в себе раздражение Мерхаб и опять вернулся к своему язвительному тону. Ответственность? Вот же гад! "Весовые" категории-то у нас несравнимы и в случае ошибки я просто костей могу не собрать, тогда как ему, по большому счету, ничего и не угрожает. Но и терпеть его выпады мне изрядно надоело! А, была не была!

— Конечно, мой язвительный друг! Раз уж ты оставляешь выбор за мной, то будет справедливо и ответственность за этот выбор возложить на меня, — излишне многословно ответил я в его цветистой восточной манере.

Джинн только хмыкнул, пожал плечами и пробормотав:

— Да будет так, — первым направил своего коня на лесную дорогу.

***

…Мы ехали уже не менее получаса, когда по правую руку от нас открылась довольно большая поляна, похожая на след от давнего пожара, только — только, всего пару-тройку лет, как начавшего зарастать душистым разнотравьем. В глубине леса, с противоположной от нас стороны этой поляны, в данный момент раздавался нарастающий шум, как будто не особо заботясь о дороге, по лесу передвигалось какое-то очень крупное животное. Мерхаб искоса бросил на меня ехидный взгляд:

— Ну что ж? Кажется мы сейчас узнаем, по какой причине эта дорога совсем не пользуется популярностью! Ты готов, мой упрямый друг?

Я с напускным безразличием пожал плечами. «Угу… Узнаем… Но до чего же не хочется признавать его правоту! Впрочем, куда я спешу? Может еще и не придется!» Ждать, действительно, долго не пришлось: ломая довольно внушительный подлесок как человек ломал бы, скажем, речной тростник, взвалив на одно плечо внушительную дубину, вырезанную из цельного ствола уже не молодого дуба, а другой рукой игриво покачивая целую тушу крупного оленя, к нам приближался великан…

Увидев нас он остановился и издал угрожающий рык. «А владеет ли он человеческой речью?» — подумалось как-то отстранено и, наверное, запаздало? Но страха все равно почему-то не было от слова «совсем».

— Ну и как тебе «причинка»? Не маловата? — продолжал ехидничать мой спутник, — и что теперь говорит твоя интуиция?

А что интуиция? При появлении великана она ни мало не дернулась спокойно его разглядывая, а на замечание Мерхаба, только презрительно фыркнула. Ну вот сейчас и проверим, насколько я могу ей доверять в дальнейшем!

Не дожидаясь новых реплик вредного джинна я соскочил с коня и сделал навстречу великану несколько шагов, прикинув, однако, то безопасное расстояние, на котором он, при дурном раскладе, однозначно не достал бы меня своей дубиной.

Сделав эти, чисто символические, встречные шаги я почтительно приложил руку к сердцу и отвесил довольно глубокий поклон:

— Приветствую тебя, великий и уважаемый хозяин этого леса! — настолько громко, насколько позволяли голосовые связки без того, что бы не сорваться на крик, произнес я и с замиранием сердца стал ждать ответного хода великана…

А тот молчал, но выражение ярости на его лице медленно, но верно уступало место предельному изумлению.

— Приветствую и я тебя… путник… — наконец ответил он красивым и звучным баритоном не только вполне членораздельно, но и неожиданно учтиво.

Я облегченно перевел дух. Начать диалог бывает необыкновенно трудно, но поддерживать его — несравнимо проще и это уже совсем иной уровень общения.

— Мы мирные путники и хотели бы просить у тебя разрешения воспользоваться этой дорогой для того, чтобы обойти камнепад… Не сочти за дерзость с нашей стороны, но мы опасаемся продолжать путь по той ненадежной тропинке, что проложена там между камней… Мы пройдем максимально быстро и не станем докучать ни тебе, ни твоим соплеменникам или домочадцам…

Все. Достаточно. Все необходимые «реверансы» сделаны, сказано вежливо и с достоинством, причина аргументирована. Выказываем уважение, но не лебезим… Надеюсь, что интонацией передал это достаточно доходчиво… Великан с минуту молчал и разглядывал меня и моего молчаливого спутника.

— Ты, видимо, едешь из очень уж отдаленных мест, поскольку ни вежливым обращением, ни здравыми суждениями, не идешь ни в какие сравнения с человечками, виденными мной прежде… Будешь ли ты… э-э… будете ли вы… не настолько стеснены во времени, чтобы воспользоваться моим гостеприимством?

Ох ты! Ну он и загнул! Дикарь говорите, а в «реверансах» мне, цивилизованному и образованному, ни мало не уступит! А это приглашение — даже больше, чем я мог рассчитывать! Я бросил короткий взгляд на пребывающего в глубоком ступоре джинна и ответил за нас обоих:

— Мы никуда не спешим и путь наш еще долог… — еще раз повторил свой жест, но в поклоне склонил только голову, — мы с радостью сделаем привал, и с благодарностью примем твое приглашение!